UCS-INFO.304

« Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск »

*******************************************************************
* П Р О Б Л Е М Ы Х И М И Ч Е С К О Й Б Е З О П А С Н О С Т И *
*******************************************************************
* Сообщение UCS-INFO.304, 5 сентября 1998 г. *
*******************************************************************
Экологическая правозащита

ПОСЛЕДНЯЯ СТАТЬЯ ГРИГОРИЯ ПАСЬКО

«ФРОНТ, КОТОРЫЙ ПОЧТИ НЕ ВИДЕН.
Если стать лицом к заливу Петра Великого, то этот
«фронт», как и всякий другой, будет иметь два фланга — левый
и правый. На левом — береговая техническая база, именуемая в
народе «могильником». На правом — ставшая с прошлого года
рабочей в полном объеме площадка загрузки в специальный
эшелон контейнеров с отработавшим ядерным топливом.
В 1995 году газета «Известия» подробнейшим образом
описала спецэшелон и его предназначение. В 1996 году статью о
первом спецэшелоне на Тихоокеанском флоте опубликовала газета
ТОФ «Боевая вахта». Поскольку ни раньше, ни теперь нет четкого
разграничения степеней секретности всех данных и операций по
вывозу ОЯТ, а соответствующий приказ министра обороны, по
мнению многих специалистов, не соответствует федеральному
Закону » О государственной тайне», то на этот раз мы решили не
говорить о спецэшелоне вовсе. Только наше с коллегой
приближение к спецэшелону привело в ярость охранников из
системы МВД. Начальник эшелона Владимир Чернов сказал: «Сейчас
времена другие». Любому здравомыслящему человеку понятно: не
времена стали за год другими, а люди изменились, причем не все
в лучшую сторону. Кстати, о людях того самого фронта,
который обозначен и в заглавии статьи. Это фронт работ людей,
которые служат на береговой технической базе — БТБ. Эта часть
и по сей день является режимной, что вполне оправданно и
естественно для подобного рода частей. Но даже «режимные»
требования, к счастью, не запрещают говорить о людях. Поэтому
сегодня рассказ — о них, специалистах, чья трудная работа
почти не видна за географической удаленностью, частоколом
заборов и КПП, а также инструкций особых ведомств.
На базе хорошо помнят первый эшелон с новыми
контейнерами. Грузили его долго, поскольку вместе со
специалистами различных организаций испытывали новый для ТОФ
способ загрузки. Люди буквально жили на базе.
Если на загрузку первого эшелона ушло почти 30 дней, то
сегодня операция занимает пару суток. Те же вагоны, те же
краны, то же количество контейнеров… Однако опыт людей -
совершенно другой, что и позволяет выполнять очень
ответственную работу за столь короткое время.
Разумеется, главным звеном по-прежнему остается комплекс
перезарядки. Три последних эшелона почти целиком «лежали» на
его плечах. Самое трудное — загрузить транспортные контейнеры
чехлами с отработавшим ядерным топливом. Операция трудоемкая и
в некоторой степени ювелирная. Громоздкость не совсем
подходящей техники, в частности, кранов, затрудняет и без того
сложный процесс. Однако все звенья действуют четко и без
сбоев. Подготовка личного состава, его обучение, состыковка
всех служб — этим и многим другим приходится заниматься еще до
того, как на площадку «правого фланга» прибудет спецэшелон.
Всех специалистов, разумеется, в одной статье не
назовешь. Но, без сомнения, все они делают очень нужное не
только для флота, но и для страны в целом дело. И хотя бы уже
поэтому заслуживают уважительного отношения. Увы! Не отовсюду
это уважение чувствуется. К примеру, ветераны подразделений
особого риска, которых в части немало, не всегда вовремя
получают положенные денежные компенсации. Снабжение этих
людей вещевым имуществом, можно сказать,
неудовлетворительное. В принципе каждый начальник на своем
участке мог бы перечислять очень
долго свои беды.
Все это так, недостатков и проблем — кучи! Но ни от
одного человека я не услышал ультиматума: дескать, нам не дает
положенное, значит, и мы не будем работать как следует. Таких
настроений в части нет, потому что народ подобрался
сознательный, понимает: работу за них не сделает никто. Однако
злоупотреблять безропотностью людей, конечно же, нельзя.
Бастовать они не будут. Однако, глубоко затаив обиду на родное
государство, уйдут искать доли получше.
И уходят. Ежегодно 7-8 офицеров покидают базу, выслужив
лишь минимальные сроки. В числе уходящих есть специалисты
высочайшего класса, десятки раз выполнявшие сложнейшие
операции: будь то перезарядка ядерного реактора или загрузка
отработавшего ядерного топлива.
А их пока даже грамоткой лишний раз не награждают. По мне
- так им все ордена и медали давать надо.
…Режимная часть, почти невидимый фронт, находящийся
где-то на отшибе цивилизации. Но там живут и делают очень
нужное дело люди, которые тоже имеют право на нормальную
человеческую жизнь, на то, чтобы о них заботилось государство,
командование флота, чтобы их награждали, чтобы, наконец,
писали о них в газетах вовремя, а не после чрезвычайных
происшествий».
Г.Пасько, газета «Боевая вахта», 12 ноября 1997 г.
* * *
20 ноября 1997 года военного журналиста-эколога Григория
Пасько посадили в тюрьму, где он и пребывал, пока большая
бригада военных следователей не накопала на него компромат (по
словам адвокатов, ознакомившихся с их творчеством, — сплошное
фуфло). И после окончания следствия Г.Пасько остался в тюрьме,
а несколько дней назад его дело было передано в суд. Однако
кандидаты в общественный защитники могут не беспокоиться — суд
будет тайный, так что им придется постоять у запертых дверей.
Обвинения все те же:
1) шпионаж не известно в чью пользу,
2) раскрытие не известно каких секретов,
3) иное оказание помощи иностранному государству, иностранной
организации или их представителям в проведении враждебной
деятельности в ущерб внешней безопасности России.
С последним обвинением, в отличие от двух предыдущих,
немного яснее. По заданию начальства из ТОФ России журналист
Григорий Пасько работал с двумя японскими изданиями: газетой
«Асахи» и телекомпанией NHK. Теперь же руководство российского
флота создало сплоченный фронт с японскими изданиями — обе
стороны ушли в глухую несознанку. Судебно-следственные власти
России возобновили любимый промысел — охоту на шпионов, а СМИ
Японии делают вид, что они не поручали журналисту Пасько делать
для них экологические репортажи, каковые он и делал на основе
несекретных материалов, предварительно получав разрешения
своего военного начальства.
Хорошо устроились на российской земле господа из газеты
«Асахи» и телекомпании NHK. Они ходят по России, как ни в чем
не бывало, и претензий у ФСБ к ним нет. А вот журналист-эколог,
который по их заданию и по разрешению военных властей собирал
для них открытую (не секретную) экологическую информацию,
загремел в шпионы.
Мы не хотим сказать, что таковы все. Не будем забывать
организацию «Беллуна» (Норвегия), которая не отступилась от
военного журналиста-эколога А.Никитина, собиравшего для нее
несекретную экологическую информацию. Тем удивительнее
бесстыдство господ из вышеназванных двух СМИ Японии.
Вот к этой неожиданной стороне дела Г.Пасько было
привлечено внимание прессы во время пресс-конференции, которая
состоялась 4 сентября 1998 г. в Москве в национальном
институте прессы (Пречистенка, 10). Пресс-конференцию проводил
Симонов А.К. — президент Фонда защиты гласности.

Комментарии запрещены.