« Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск »

***********************************************************************************
ПРОБЛЕМЫ ХИМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ — ХИМИЯ И ЖИЗНЬ
***********************************************************************************
Сообщение UCS-INFO.81,  8 сентября 1996 г.
***********************************************************************************

Вести с полей химического разоружения

Газета «Сегодня» в номере за 7 сентября опубликовала маленькую заметку, содержание которой чревато для России большими последствиями. В заметке говорится, что Индия стала 62-й страной, которая ратифицировала Конвенцию о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении. Далее напоминается, что Конвенция вступит в силу через 180 дней после депозита 65-й страной ратификационной грамоты. Для всех подписантов, включая Россию.

Итак?

Итак, вскоре Конвенция вступит в силу и должна выполняться всеми, кто ее подписал. Даже если государства, обладающие химическим оружием (США и Россия), но не ратифицировавшие Конвенцию, будут против.

Несмотря на то, что Конгресс США ее не ратифицировал.

Несмотря на то, что Государственная Дума России ее не ратифицировала.

За что боролись, на то и напоролись.

Уже в конце года Россия имеет шанс начать выполнять Конвенцию, против которой все желающие навозражались всласть, вряд ли задумываясь о последствиях. Мы будем ОБЯЗАНЫ начать уничтожение своего химического оружия, даже против своей воли и в отсутствие готовности. Потому что последние года 3-4 силы нашего государства, ее трудового чиновничества были брошены не на подготовку к выполнению Конвенции, а на ее нератификацию. Разумеется, в интересах национальной безопасности.

Жаль, что и некоторые экологические активисты внесли свою лепту в эту глупейшую историю.

Пора бы взять себя в руки и не плыть против течения, которое сами же создали.

В связи с этим полезно еще раз рассмотреть систему аргументов в защиту ратификации Конвенции о химическом оружии. Она была опубликована в информационно-аналитическом сборнике Комитета по международным делам Совета Федерации «Россия и мир: политические реалии и перспективы» (май-июнь 1996 г.) и, похоже, не утратила актуальности.

Текст приводится без естественных редакционных смягчений формулировок, совершенных редактором сборника.

КОНВЕНЦИЯ О ХИМИЧЕСКОМ ОРУЖИИ: РАТИФИЦИРОВАТЬ ИЛИ?…

Для начала несколько фактов и соображений, долгие годы от жителей России, ускользавших, впрочем, не по их воле.

Во-первых, Россия обладает самым мощным арсеналом современного химического оружия (для сравнения: США предъявили для уничтожения всего 32 тыс.т ОВ, бывший СССР — всего 40 тыс.т, в том числе 32 тыс.т ОВ второго поколения). Во-вторых, только Россия обладает химическим оружием стратегического уровня, пригодным для доставки в любую точку мира. В-третьих, официальные лица США знают все это с декабря 1989 г. из конфиденциального сообщения товарища Э.Шеварднадзе, в ту пору министра иностранных дел СССР, действовавшего по мандату Политбюро ЦК КПСС.

Красиво, не правда ли? Раздолье для державников в пугании Запада «русской химической угрозой», поданной для внутреннего пользования «защитой национальных интересов».

Есть у этого перечня и продолжение.

В-четвертых, именно Россия хуже многих стран Запада и в первую очередь США готова к защите от химического нападения вероятного противника (см. признание начальника войск радиационной, химической и биологической защиты генерала С.Петрова в сб.«Ядерный контроль», 1996 г., N 1). В-пятых, Россия обладает самыми большими и самими социально не защищенными группами людей, пострадавших при производстве, хранении и неадекватном уничтожении химического оружия. В-шестых, химическое оружие исключено из военной доктрины России.

Такая вот противоречивая картина, впрочем, не более, чем вся наша жизнь. Но именно эта противоречивость мешает найти правильное решение вопроса о ратификации Конвенции о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении. Эта Конвенция — плод многолетних усилий мирового сообщества — была подписана Россией вместе с другими странами 13 января 1993 года. И давно бы начала работать на благо жителей России, если бы была ратифицирована.

КТО ПРОТИВ?
Год назад один депутат выступил против ратификации Конвенции о химическом оружии («Дом природы», апрель 1995 г.). Указав на существование у нас в стране «шести нет», автор заключил, что с ратификацией «пока спешить не стоит, страна не готова к выполнению Конвенции по ряду очень существенных моментов».

Каковы они, эти самые моменты? Вот шестерка, отмеченная автором: 1) в стране нет концепции уничтожения химического оружия, 2) нет программы уничтожения, 3) нет нормативной базы, 4) нет контролирующего оборудования, 5) нет полного согласия населения на размещение пунктов уничтожения химического оружия, 6) нет финансового обеспечения. Это перечисление скуповато по сравнению с богатством нашей жизни и его можно продолжить, указав на остальные «нет», упущенные автором: 7) нет законов, регулирующих процесс уничтожения химического оружия и меры по социальной защите населения, 8) нет приемлемых технологий уничтожения ОВ, 9) нет информации о прошлой деятельности армии и промышленности с химическом оружием, несущей экологическую угрозу населению страны, ну и т.д.

Не будем заблуждаться. Несмотря на внешнюю «экологичность», текст депутата Государственной Думы оказался на руку интересам той группы российского генералитета, которая никак не доиграет первую мировую войну, бывшую, как известно, войной химической.

И это прискорбно, потому что, несмотря на внешнюю привлекательность, трудно себе представить более неудачную систему аргументов, если иметь в виду интересы России, интересы ее населения и государства в целом. Однако ошибутся те, кто усмотрит за этим стремление избежать гонки химического разоружения, выраженные в такой непрямой форме. К сожалению, за подобными действиями обычно стоят иные мотивы.

ПАЛЛИАТИВ
Итак, за два года Государственная Дума прошлого состава так и не ратифицировала Конвенцию о химическом оружии. Полезно в связи с этим рассмотреть два очевидных сценария.

Если бы ратификация состоялась, армия России получила бы на законном основании 3-4 млрд. бюджетных долларов, необходимых для уничтожения химического оружия. Однако, потребовалось бы приспособление к химическому разоружению всей системы государственных действий. Неизбежно пришлось бы создать необходимое внутреннее законодательство, разработать программу уничтожения химического оружия (хотя концепцию в государстве, где ведомственные интересы превыше всего, ждать не приходится), разработать нормативную базу, создать технологиии уничтожения химического оружия, приобрести соответствующее контрольное оборудование т.д.

Пришлось бы и договариваться с населением, причем делать это придется в любом случае, и никакие указы президента Б.Ельцина — действующие и будущие — этой работы не заменят. За ратификацией официальной последует неофициальная — со стороны населения тех мест, где химическо оружие ныне находится и где оно будет уничтожаться. Кто за разговорами о государственных интересах запамятовал, должен взять в толк, что именно человек — мера всех вещей, равно как и среда его обитания.

Наконец, придется изыскивать деньги на химическое разоружение и отдавать их исполнителям, хотя трудности добычи денег обсуждать хотелось бы менее всего. Государство, способное выбросить триллионы рублей на войну в Чечне, не заслуживает того, чтобы входить в его финансовые трудности.

Ратификация Конвенции, однако, не состоялась, и объективно это не пошло на пользу ни стране, ни армии. Более того, интересам России и ее населению наносится столь серьезный ущерб, что нельзя уже делать вид, что мы его не замечаем. Речь идет, конечно, не о поездках нашего и американского генералитетов друг к другу в гости. С этим-то всегда был и будет полный порядок — они ездили и будут ездить друг к другу, не особенно оглядываясь на договоры, соглашения и конвенции. Предлог всегда найдется.

Жизнь показала, что в вопросе ратификации Конвенции о химическом оружии интересы генералитета и населения России противоположны. Вот почему полезно рассмотреть, что именно потеряли от несостоявшейся ратификации жители России.

Итак, второй сценарий таков. Химическое разоружение все равно будет осуществляться, однако вне мирового сообщества и только лишь на основании внутренних законов.

При аварийных ситуациях, вероятность которых при масштабном химическом разоружении резко возрастает, население страны может вновь оказаться под угрозой химического оружия, на этот раз … собственного. Резонность этого соображения следует из недавнего признания генерала С.Петрова о том, что «наши средства защиты по своим качественным характеристикам отстают от характеристик образцов, которое может быть применено». И совершенно не важно, о чьем оружии идет речь — нашем или американском. К нашему населению ближе наше же химическое оружие, особенно во время операций по его уничтожению.

Так кто же защитит наше население от нашего же химического оружия, которое особенно опасно именно в момент операций с ним — при расснаряжении боеприпасов, при перевозках и т.д.? Мог бы защитить высококвалифицированный международный технический контроль. Международный контроль — это, если угодно, наилучшая экологическая экспертиза наших технологий уничтожения химических боеприпасов, наших способов хранения химического оружия, наших подходов к выбору последовательности уничтожения химического оружия и т.д. Такой контроль лучше всякой Минприроды РФ, которую только при большом воображении можно сравнивать с соответствующим ведомством США.

Так вот, отказавшись от ратификации Конвенции, Государственная Дума лишила население России обязательного международного контроля за нашим генералитетом, будто бы стоящим на страже химического оружия. Свойственное нашему генералитету стремление расставаться с химическим оружием экологически опасным образом давно уже не являтся секретом. Именно так было уничтожено 120 тыс.т химического оружия СССР первого поколения в 40-80-е годы. Так всегда было разрешено поступать, разрешено и сейчас.

Польза для населения России в случае ратификации Конвенции о химическом оружии, таким образом, очевидна: генералитет не смог бы тайком производить операции по уничтожению химического оружия путем экологически опасных действий, то есть путем открытого сжигания, захоронения в земле или же затопления в морях, реках и болотах. Это все однозначно запрещено не ратифицированной Конвенцией и должно оказаться под контролем международного сообщества в случае ее ратификации.

Ратификация Конвенции потребовала бы обязательного введения во внутреннее законодательство России запрета на любые работы с химическим оружием, кроме уничтожения, то есть на разработку, производство, накопление и применение (ст.VII.1 Конвенции). Нарушения этого запрета оказались бы уголовно наказуемыми деянием. Соответственно, химическое оружие оказалось бы снятым с вооружения и его склады перешли бы из разряда арсеналов в разряд складов опасных токсичных веществ.

Польза для населения России, таким образом, очевидна: химическое оружие, формально исключенное из официально объявленной военной доктрины страны, было бы на самом деле вырвано из рук безответственных милитаристов.

Пока же ОВ для нашего генералитета, независимо ни от каких доктрин (или в соответствии с секретными приложениями к ним?) — это все еще оружие, и мы не знаем, как и когда им распорядятся. И это оружие самоуничтожения можно не только ликвидировать, но и параллельно продолжать разрабатывать, производить опытные партии, испытывать.

Таким образом, без ратификации Конвенции о химическом оружии нашему генералитету разрешено готовиться к химической войне. Под аккомпанемент рассуждений о «национальной безопасности» на парламентских и иных подмостках. И причина нератификации прозрачна — армии деньги нужны, однако ей неуютно сидеть под прицелом обязательного международного контроля, являющегося неизбежным атрибутом Конвенции.

Вот как видится смысл случившейся в последние пару лет смены подхода. Если угодно, нам навязан изящный юридический фокус — ограничиться принятием внутреннего закона «Об уничтожении химического оружия» (в принципе чрезвычайно важным) и отложить проблему ратификации международной Конвенции надолго, если не навсегда.

На первый взгляд, разница невелика, потому что и после принятия внутреннего закона у армии появляется основание на получение из бюджета денег (см. выше) и их достаточно бесконтрольного расходования на свои военно-химические нужды.

За исключением пустячка: деньги будут получены на уничтожение имеющегося химического оружия без запрета на создание нового.

ЛОВУШКА?
Некоторые авторы пугают нас эпитимьями. Будто бы производить химическое разоружение в строгих рамках Конвенции о химическом оружии слишком затруднительно: нельзя делать оговорки, сроки слишком жесткие, денег нет, ну и так далее.

Эта совокупность аргументов откровенно надуманна.

В самом деле, так ли уж трудно великой державе жить на свете, если делать оговорки к Конвенции о химическом оружии запрещено? Нет, в координатах здорового юридического крючкотворства дела наши не выглядят совсем уж трагичными.

Действительно, основной текст Конвенции запрещает государствам-участникам делать оговорки (ст.XXII). Однако же не приложения к ней, в которых изложен весь механизм ее действия — там запрещены лишь «оговорки, несовместимые с ее предметом и целью». И все. С другой стороны, вместо оговорок к Конвенции государства могут предлагать поправки (по ст.XV), а также изменения к приложениям к Конвенции. Как видим, для квалифицированной дипломатии, озабоченной защитой национальных интересов своей страны, этого инструментария более чем достаточно.

Можно внести, например, пару предложений.

Вряд ли мировое сообщество будет возражать, если наши официальные лица дополнят приложение к Конвенции, касающееся запретительного списка токсичных химикатов, несколькими позициями. Например, теми ОВ, которые были разработаны в бывшем СССР по программе «Фолиант» и прошли стадию опытного производства. Вряд ли кто-либо воспримет это добавление, как не совместимое с целями.

И вряд ли кто-либо упрекнет Президента РФ, если он исправит на правду ту липу, которая имеется в его распоряжениях от 16 сентября 1992 года за N 508-рп и от 7 декабря 1994 года за N 621-рп. Там обозначен не тот технологический предшественник V-газа, который реально выпускался многие годы у нас в Чувашии (этого ОВ на вооружении армии России имеется 15 тыс.тонн). Будем надеяться, что мир будет удовлетворен восстановлением правды.

Необходимо это в первую очередь нам самим. Например, еще в 1993 году очень серьезная комиссия из обеих российских столиц искала в окружающей среде Чувашии не советский V-газ, а американский VX и не нашла ничего — ни самого ОВ, ни продуктов его распада. Странно было бы найти то, чего там никогда не было. Ведь искать надо было продукт, который в Конвенции не обозначен.

Обращаясь к «трудным» срокам, мы обнаруживаем, что и это противоречие — мнимое. В Конвенции есть две нормы — срок уничтожения химического оружия (10 лет) и гарантии безопасности для людей и природы. Опыт нашей страны таков, что под предлогом «своевременного выполнения международных обязательств России» найдутся начальники, которые попытаются начать торопиться с уничтожением химического оружия — в ущерб безопасности населению и природе. Чтобы этого не случилось, согласно Конвенции, мы должны уделить ПЕРВОСТЕПЕННОЕ внимание обеспечению безопасности людей и защите окружающей среды (ст.VIII.3). А на сроки (10 лет) условие «первостепенности» не накладывается, стало быть сроки в иерархии принципов Конвенции не могут быть выше экологической безопасности.

То, что Россия не уложится в сроки, определенные Конвенцией, очевидно. Однако никакой трагедии тут нет — можно запросить продление на 5 лет, это допускается. Кстати, уже есть немало признаков того, что и США вряд ли уложатся в 10 лет, и им тоже придется пройти процедуру продления. Если мировое сообщество согласится на продление сроков, можно продолжить уничтожение химического оружия в коллективе со всем миром. Однако даже если Россия не уложится в 15 лет, а продлять уже нельзя, можно выйти из Конвенции и продолжить химическое разоружение в-одиночку. Кстати, процесс сразу подешеет, потому что к тому времени любопытство заграничных инспекторов иссякнет, а обязательные проверки исчезнут вместе с Конвенцией. Для выхода из Конвенции существует ст.XVI. Надо лишь решить, что чрезвычайные события, касающиеся предмета Конвенции, «поставили под угрозу высшие интересы» нашего государства (а что может быть чрезвычайнее экологической безопасности собственной страны) и уведомить о своем выходе остальные страны за 90 дней.

Есть ли выход, если мировое сообщество не примет оговорки, поправки или какую-либо иную вполне обоснованную озабоченность великой военно-химической державы? В этом случае мы вправе выйти из Конвенции в любой иной момент (см.выше). Но ведь ясно, что лучше выйти из Конвенции потом, когда станет невмоготу, чем начинать с игнорирования уже подписанной Конвенции и автоматической ссоры с мировым сообществом.

Как видим, сценарные возможности не исчерпаны, главное не забыть основную цель — экологически безопасное расставание с химическим оружием.

ДЕЛА МЕЖДУНАРОДНО-ВНУТРЕННИЕ
Показатель готовности нашего генералитета к реальной защите экологических интересов населения и государства — его способность представить информацию о «прошлой деятельности», связанной с подготовкой к химической войне. Причем не смешав международные и внутренние проблемы.

В США армия получила от Конгресса задание на 1993 г. и к ноябрю 1993 г. представила доклад с описанием 215 мест на территории США, где в прошлые годы осуществлялись операции по производству, испытанию, хранению и уничтожению химического оружия. И это была не брошюра, а толстенный фолиант. В нем описаны 34 точки в 20 штатах страны, которые ныне уже не используются армией, авиацией и флотом США для своих целей и возвращены государству. Описаны и 48 точек в 28 штатах, которые ныне используются Министерством обороны США в иных, нехимических целях. Что касается 8 мест в континентальной части США, где химическое оружие складировано в наши дни, то на каждое из них подготовлен специальный том и весь тираж роздан администрации и представителям населения. Вес подобного описания для мало известной базы Umatilla depot в городе Хермистон (штат Орегон) 930 г. В нем есть множество данных о самых различных вещах, кроме, разумеется, информации о самом химическом оружии. Глава 3 на 80 стр. подробно описывает состояние окружающей среды на базе и в ее районе, глава 4 на 71 стр. — о возможном воздействии базы на окружающую среду при будущем уничтожении химического оружия

Как видим, в США вопрос о прошлой деятельности с химическим оружием на своей территории — это внутренняя проблема. И армия решает ее совместно с Конгрессом и населением, не оглядываясь на Россию, Ирак и мировое сообщество.

В России министерства и ведомства получили поручение Президента РФ представить обществу информацию о прошлой деятельности по химическому оружию в те же сроки — 26 сентября 1992 г. Результат оказался противоположным — задание выполнено не было. Гражданские организации (Роскомхимнефтепром, Минздравмедпром, Госкомсанэпиднадзор, Росгидромет и т.д.) сделали вид, что ничего не знают и ничего не помнят, а армия — что для нее это очень трудно. Что касается данных о местах нынешнего хранения химического оружия России, то, к примеру, информация для избранных о малоизвестной базе хранения российского химического оружия в г.Кизнер (Удмуртия) уместилась на 1,5 страницах печатного текста через 2 интервала. Как видим, нашему генералитету не до президентских распоряжений. Он против того, чтобы рассказывать своим согражданам об условиях хранения химического оружия возле их домов. И он не приветствует стремления представителей местного населения посетить объекты хранения химического оружия и удостовериться, что опасности для их жизни и здоровья нет.

Между тем вопрос о судьбе прошлых и ныне исчезнувших запасов химического оружия СССР, накопленных к 1945 г., далеко небезобиден. Количества нешуточные: 80 тыс.т иприта и 20 тыс.т люизита, в том числе снаряженных в 4,5 млн боеприпасов. Это серьезный внутриполитический вопрос, это проблема обеспечения химической безопасности своей собственной страны, не имеющая никакого отношения к США. Наша армия, сознательно отказавшись дать ответ на поставленный жизнью вопрос, совершает тяжкую ошибку. Именно это решение губительно сказалось и еще не раз скажется на планах уничтожения химического оружия.

Минобороны РФ пытается подвести под свой отказ информировать население России о прошлой деятельности с химическим оружием на своей территории международно-правовую базу. Ссылаются на то, что по нератифицированной Конвенции о химическом оружии подлежит обязательному декларированию лишь химическое оружие, уничтоженное до 1.1.1946 г., а также захороненное после 1.1.1977 г. и затопленное после 1.1.1985 г. В то же время для химического оружия, которое было захоронено в 1946-1977 гг. и затоплено в 1946-1985 гг., декларирование перед мировым сообществом не обязательно.

Если называть вещи своими именами, указанные исключения были откровенным сговором сторон — западных стран и бывшего СССР. Именно в этот период ряд западных стран произвели затопление в международных водах больших количеств химического оружия и потому были бы непрочь обезопасить себя от дипломатических осложнений, связанных с угрозой международной экологической безопасности. Однако армия России обернула малоценное международное обязательство против собственного населения, хотя, как уже упоминалось, США подали нам прямо противоположный пример.

В период от 1.1.1946 г. до 70-80-х гг. в бывшем СССР производились интенсивные захоронения химического оружия на собственной территории, а также затопления в зоне собственных экономических интересов. Эти действия вряд ли инициируют серьезные международные скандалы, а если и вызовут, то во всяком случае не более интенсивные, чем размолвка Норвегия-Россия в связи с гибелью подводной лодки «Комсомолец». Тем более эти действия не имеют касательства к международным обязательствам. Поэтому сокрытие армией этих действий от населения России противоречит исключительно национальным интересам самой России.

В свое время наша армия полностью уничтожила свои запасы стойких ОВ, чтобы освободить место для новых — для ОВ второго поколения (ОВ нервно-паралитического действия — зарина, зомана и V-газа). Поэтому для общества актуален вопрос, каковы экологические последствия уничтожения того запаса химического оружия. Нам говорят, что Минобороны РФ не помнит, когда и где именно это происходило. Поэтому мы вынуждены напоминать армии, что уничтожение химического оружия осуществлялось на территории бывшего СССР в следующих точках — в Чапаевске (Самарская область), Горном (Саратовская область), Камбарке (Удмуртия), Леонидовке (Пензенская область), Марадыковском (Кировская область), Кузьминках (Москва)… Этот список не закончен. Кстати, в нем нельзя забывать и про Арысь (Казахстан).

Наши жители, чья хозяйственная деятельность связана с чистотой морских вод в Баренцовом и Карском, Белом и Балтийском, Японском и Охотским, Черном и Каспийском морях, были бы благодарны своей армии за разъяснение, где именно в зоне экономических интересов России было затоплено советское химическое оружия и каковы экологические последствия этих деяний.

Обществу нет дела до психологического раздвоения властей, чье отношение к своему населению искусственно противопоставлено ложно поднесенным международным документам, к тому же не ратифицированным.

Подчеркнем еще раз, что в экологическом смысле опасно любое химическое оружие, в том числе закопанное и затопленное в годы, выведенные за скобки обязательного декларирования Конвенции по химическому оружию. И поэтому общество должно быть о нем осведомлено в полном объеме. Если же государственные органы России не собираются информировать об этом экологическом оружии своих зарубежных партнеров по переговорам, это их международно-дипломатическое дело — к интересам жителей России оно прямого отношения не имеет.

НАЦИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ и КОМПРОМИССЫ
Конвенция о химическом оружии — плод компромисса. Она содержит ряд моментов, не очень выгодные или всему мировому сообществу или же населению России. Укажем на некоторые из них.

Например, в Конвенции имеется белое пятно в том месте, где следовало бы включить текст о регулировании бинарного химического оружия. Но ведь выгодами этого пробела могут воспользоваться и фактически воспользовались обе стороны — и США, и бывший СССР.

Из Конвенции под занавес были исключены такие несмертельные ОВ, как газ Си-Эс, прославившийся в Грузии в апреле 1989 года, и небезызвестная «черемуха». Кто пострадал от этого? Только жители России, потому что именно армия России держит на своих складах 9 тыс.т этих недекларированных ОВ. Против кого собрались применять эти ОВ генералы С.Петров и П.Грачев?

Конвенция позволяет странам-участницам не декларировать мировому сообществу информацию о захоронениях и затоплениях химического оружия, осуществленных после 1946 года (см.выше). И, как уже говорилось, от этого пострадали только интересы жителей самой России.

Тут уместно напомнить суждение, высказанное генералом А.Кунцевичем во время слушаний в ГосДуме в марте 1994 года: химическое оружие не решает наших стратегических оборонных задач.

Так что, тупик? Нет, если мы обратимся к наступательным возможностям: такие химические боеприпасы, как универсальные контейнеры с 2 т советского V-газа, которые могут быть доставлены к цели с помощью стратегических бомбардировщиков, имеются только у России. Их у нашей армии в запасе сотни, причем содержимого каждого вполне достаточно, чтобы отравить все население земного шара, а уж для «страны назначения» особенно. И наш генералитет старается оставить уничтожение именно такого типа боеприпасов на самый конец химического разоружения — как ни странно, при благожелательном отношении бывших противников по холодной войне.

Каких еще гарантий национальной безопасности не хватает нашим державникам?

Тем не менее ряд авторов время от времени пугают нас тем, что вследствие ратификации Конвенции о химической оружии будто бы пострадает национальная безопасность России. Обычно это приурочивается к очередному обсуждению вопросов химического разоружения России в Государственной Думе или правительстве.

Недавно это в очередной раз сделал полковник Б.Сибирский («Независимая газета», 10 февраля 1996 года), упомянув о том, что наше химическое оружие является якобы «сдерживающим фактором, средством устрашения», которое очень бы пригодилось.

Кого собрался устрашить наш автор? Не собственный ли парламент, если учесть допущенный им откровенный обман: автор приписал США обладание 300 тыс.т ОВ, завысив, таким образом, их арсенал в 10 раз. Такой способ пропаганды известен из недавнего прошлого, когда делали из мухи слона, а потом устраивали успешную охоту на слонов (по 300 тыс.т ОВ в прошлые годы приписывали друг друг другу не одна, а обе стороны). Только в наши дни этим стараются не грешить даже бывшие пламенные пропагандисты. Зачем же опускаться до такого полковнику, даже в отставке?

Кстати, если полковник ведет речь в координатах дилеммы, ратифицировать или не ратифицировать Конвенцию о химическом оружии, было бы корректно не выходить из этих рамок. Так, он обвиняет США в масштабном применении химического оружия во время войны во Вьетнаме. Да, в 70-х годах скорее всего так и было. Однако пора бы все-таки отказаться от примитивизма в обсуждении серьезных дел. Осмелюсь напомнить автору, что в тексте той конкретной Конвенции, о ратификации которой идет речь, есть определение понятия «химическое оружие», однако упоминания тех химических средств, которые использовали США во Вьетнаме, в соответствующем месте документа не содержатся. Зато там содержатся, фосген и синильная кислота, широко применяемые как промышленные реагенты у нас в России, однако никому в голову не приходит обвинять Россию в применении химического оружия у себя в стране. Хотя трагические события с ними время от времени случаются, и утечка фосгена, случившаяся в прошлом году в Тамбове, не единственный тому пример.

* * *

Если говорить всерьез, ратификация Конвенции о химическом оружии, не противоречит интересам национальной безопасности страны, не расшатывает ее.

Зато интересы жителей России сильно пострадают даже от одной аварии на каком-либо российском военно-химическом арсенале. История распорядилась так, что ядерная катастрофа досталась нам в Чернобыле, а химическая катастрофа — Индии в Бхопале. Вряд ли в наших интересах стремиться к собственному химическому Чернобылю.

Л.А.Федоров, доктор химических наук,
президент «Союза за химическую безопасность»

« Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск »

***********************************************************************************
ПРОБЛЕМЫ ХИМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ — ХИМИЯ И ЖИЗНЬ
***********************************************************************************
Сообщение UCS-INFO.80,  3 сентября 1996 г.
***********************************************************************************

ХИМИЧЕСКАЯ ТРАГЕДИЯ В СЕЛЕ НОВОШИПУНОВО АЛТАЙСКОГО КРАЯ

В середине июля (16,17 числа) в с.Новошипуново Краснощековского района Алтайского края прошли проливные дожди. Только за один день выпала месячная норма осадков.

Через несколько дней в сельскую амбулаторию стали обращаться жители с жалобами на высокую температуру (40,41), тошноту, рвоту, боли в икроножных мышцах.

22 июля к врачу обратилось 20 человек. А через два дня было госпитализированно уже 156 человек, две трети из них — дети. Вот что рассказали жители села: «После того, как два дня шли проливные дожди, в огороде пожелтела вся растительность: огурцы, ботва моркови и картофеля, фасоль. По утрам в воздухе стоял неприятный запах не то дихлофоса, не то жженой резины. На лужах и в корытцах образовалась желтая пленка. Цыплята, которые пили эту воду, начали гибнуть дня через два. А потом начали болеть мы сами. Заболели в основном те, кто купался в реке».

Выехавшая краевая комиссия санэпиднадзора поставила диагноз — лептоспироз. Были взяты анализы крови. Начала работать ветеринарная комиссия, так как в селе шел падеж скота.

В конце августа в Краевом Центре санэпиднадзора состоялось заседание с участием ветеринаров и токсикологов. Результаты месячных анализов подтвердили диагноз. Дело можно считать закрытым и комиссия готова была рапортовать, но тут вмешались ветеринары, на которых падала вся вина за массовую вспышку лептоспироза, а соответственно и вся ответственность за последствия. Ветеринары бились насмерть — среди крупного рогатого скота лептоспироза не было, не удалось выявить носителя и среди грызунов, которые должны были служить переносчиками инфекции. Они сделали свое заключение: вспышка лептоспироза среди населения не имеет природного очага, так как не выявлено возбудителя.

Однако что-то снизило иммунитет людей, скорее всего токсический фактор. И основание для такой точки зрения имеются.

В середине лета в данном районе шла обработка полей ЛАНТРИМОМ, применение которого в России запрещено. В этом селе его вносили в почву, а вот в соседнем — распыляли сельхозавиацией. Но в соседнем селе нет ни одного заболевшего. Возникла версия, что распыленный яд снесло ветром. Правда, по анализам краевых токсикологов следов пестицидов они не нашли ни в воде, ни в грунте. А вот омский специалист обнаружил их в пробах воды из соседнего пруда (правда, почти никто из пострадавших не купался в этих прудах).

Создана чрезвычайная краевая противоэпидемическая и противоэпизоотическая комиссии. Они должны найти причину массового поражения лептоспирозом. И поиски начались, но не причины, а виновных. Ими, скорее всего, окажется сельская администрация, которая из-за хронического безденежья не только не может провести посевную, но не в силах выполнить всех инструкций санэпиднадзора, ветеринарной службы и т.д. И такая ситуация в любом из сел на Алтае.

За вспышкой лептоспироза прячется главная причина трагедии — ХИМИЧЕСКОЕ ЗАГРЯЗНЕНИЕ ТЕРРИТОРИИ! Уж очень часто на Алтае идут дожди после которых желтеет листва, покрываются сыпью люди, гибнет скот.

Теперь дождь принес новую беду.

Алтайское отделение СОЭС

« Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск »

***********************************************************************************
ПРОБЛЕМЫ ХИМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ — ХИМИЯ И ЖИЗНЬ
***********************************************************************************
Сообщение UCS-INFO.79,  22 августа 1996 г.
***********************************************************************************

ГАЗЕТА «КРАСНАЯ ЗВЕЗДА» В СВОБОДНОЙ РОССИИ
(от красного — к желтому)

1 декабря 1995 г. Центр экологической политики России (руководитель Яблоков А.В.) выпустил в свет книгу Федорова Л.А. «Необъявленная химическая война в России: политика против экологии» (Москва: ЦЭПР, 304 с.). Цель книги была исключительно экологическая — показать последствия для людей и природы нашей страны, возникшие в процессе и в результате бездумной подготовки к химической войне. В ответ газета «Красная звезда» в номере за 22 мая 1996 г. опубликовала подвальную статью под названием «Существует ли в России «государственный химический терроризм». О книге Л.Федорова «Необъявленная химическая война в России: политика против экологии».

Мы не ставим своей целью спор с малотиражной газетой и пропаганду ее взглядов. Однако поскольку тезисы газеты оказались некорректными (лживыми) от начала до конца, мы вынуждены обнажить каждый тезис, чтобы более точно иметь представление об идеологическом арсенале не столько «Красной звезды», сколько тех, кто платит за подобного рода публикации.

ЗАЩИТА ОТ ХИМИЧЕСКОГО НАПАДЕНИЯ
Автор обвинен в том, что в книге вообще ничего не говорится о «защите от химического оружия». Это ошибка. В книге очень много написано о нашей химической защите, только не прямо, а от противного. Если при подготовке собственного химического оружия несколько сот человек погибли на месте, несколько десятков тысяч людей были отравлены на всю жизнь, а на несколько миллионов человек было оказано вредное воздействие, то что можно сказать об уровне защиты в нашей стране от химического оружия? Увлечение наступательными задачами не проходит бесследно. И речь идет не о противохимических убежищах для руководства страны, а о защите всего населения от возможного вражеского химического оружия или хотя бы своих специалистов от своего же оружия. Автор об этом ничего не писал, чтобы не позорить свою страну перед всем миром. Сейчас все свободны от этого моратория, потому что 15 февраля нынешнего года начальник войск РХБ защиты генерал Петров С.В. написал в Государственную Думу РФ следующее: «В XXI век Россия может вступить практически БЕЗ СРЕДСТВ ЗАЩИТЫ ОТ ОПАСНЫХ ВОЗДЕЙСТВИЙ, как естественных, так и антропогенных факторов ядерно-энергетической, ХИМИЧЕСКОЙ и биологической ПРИРОДЫ» (исх. N 566/10/1031-1). Если кто и повинен в таком итоге, то не автор книги.

Газета пишет, что химические учреждения нашей армии занимались не подготовкой к химической войне, а разработкой и испытаниями средств защиты, индикации, химической разведки и т.д. Это заявление газеты не находит подтверждения фактами. Если б это было именно так, наша армия ныне располагала бы средствами индикации отравляющих веществ (ОВ), адекватными их чрезвычайной опасности для людей. На самом деле это не так. В разделе VI.4 книги читатель подробно и доказательно информирован, что официально объявленные нашей армией средства обнаружения новейших ОВ в 10 раз грубее официальных же ПДК на эти ОВ. Это для воздуха рабочей зоны. Что касается жилых поселков, находящихся недалеко от военно-химических баз, то армейские приборы грубее по чувствительности в 1000 раз. Такая вот у нас защита собственного населения.

ХИМИЧЕСКОЕ НАПАДЕНИЕ
Газета обвиняет автора книги в том, что он будто бы искажает роль советских химических войск, приписывая им главное назначение — химическое нападение. При этом критик ссылается на брошюру 1992 г. и на переназвание российских химических войск в 1993 г. в войска «защиты». Все это напрасно. Ведь на стр.10 книги приведена цитата из официального документа Красной Армии времен 1928 г.: «Химические войска используются исключительно для целей химического нападения» (Российский государственный военный архив, фонд 33987, оп.2, д.340, л.1). Такая у нас была военная доктрина в те годы, так что материала для сомнений нет.

Автор книги обвинен в неправильном толковании цитаты из выступления академика А.Н.Баха в 1930 г. на XVI съезде партии. Газета полагает, что А.Н.Бах будто бы еще тогда предупреждал человечество о подготовке к химической войне фашистской Германии. Эта ошибка имеет множественный характер. Во-первых, в 1930 г. СССР брал у дружественной Германии уроки химического нападения, и происходило это непосредственно на советской земле, точнее в Саратовской области (за подробностями отсылаю к книге Ю.Л.Дьякова и Т.С.Бушуевой «Фашистский меч ковался в СССР». М.: Советская Россия, 1992, 384 с.). Во-вторых, именно в те годы спецлаборатория по разработке средств химического нападения работала в институте, возглавлявшемся А.Н.Бахом. Вскоре она выделилась и уже на другом месте положила начало нынешнему ГСНИИОХТ (С.Л.Варшавский возглавлял лабораторию с 1931 г.). В-третьих, фашисты пришли к власти в Германии в 1933 г.

Газета упрекает автора книги в надуманности данных «о количественном и качественном составе системы химического оружия России». Пожалуй, она выступила несколько поздно. Например, о существовании в России кассетных химических боеприпасов раньше действительно говорил лишь автор книги (и то лишь потому, что непризнание этого типа боеприпасов может вызвать серьезные экологические беды при практической работе по химическому разоружению — их разборке и уничтожении). Однако сейчас подобную информацию можно найти, например, в официальном письме генерала Петрова С.В. в Государственную Думу РФ.

Какова же в таком случае цель этих умолчаний? Она, очевидно, в том, чтобы скрыть от населения России, что ИМЕННО МИРОЛЮБИВЫЙ СССР ПРОИЗВЕЛ ХИМИЧЕСКОГО ОРУЖИЯ ВДВОЕ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ФАШИСТСКАЯ ГЕРМАНИЯ, А ИПРИТА — ВТРОЕ БОЛЬШЕ. Газета, имеющая вкус к историческим изысканиям, могла бы прояснить нам, верна или неверна эта находка автора книги и если верна, то куда именно подевались советские запасы химического оружия (о немецких сказано много и подробно; цифры советских боеприпасов дает лишь автор книги). Пока же этого не произошло, зачем мешать усилиям эколога — автора книги — по поиску в высшей степени опасного для людей и природы наследства, о котором они, люди, почему-то до сих пор не информированы?

ИСПЫТАНИЯ И ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ХИМИЧЕСКОГО ОРУЖИЯ
Автор обвинен в приписании некоторым учреждениям нашей армии несвойственных функций. Первым назван ЦНИВТИ, созданный изначально как НИХИ РККА, то есть Научно-ИСПЫТАТЕЛЬНЫЙ химический институт (впоследствии он был переназван в Научно-ИСПЫТАТЕЛЬНЫЙ военно-технический институт — ЦНИВТИ). В книге приведен факт (Российский государственный военный архив, фонд 31, опись.7, дело 150, листы 382-383) о поражении московских жителей, проживавших вблизи НИХИ, в том числе детей, которое случилось из-за испытаний ОВ в Москве и выхода его из-под контроля . Всего таких испытаний в НИХИ было проведено около 6000. Какой смысл газете отказываться от истории своей страны? Тем более, что более приятное газете переназвание ЦНИВТИ в Центральный институт военно-технической информации ничего не меняет. Институт этот был и оставался ИСПЫТАТЕЛЬНЫМ и в Москве до 1961 года, и в Саратовской области (под теперь уже широко известным наименованием 33 ЦНИИ МО РФ) — после.

Испытания советского химического оружия на живых людях — это факт истории (см., например, Российский государственный военный архив, фонд 31, опись.7, дело 79, лист 239). Испытания на людях в военном институте ЦНИВТИ на принадлежавшем ему в Москве военно-химическом полигоне в Кузьминках, — тоже факт известный. Если газета не верит автору книги, она может обратиться непосредственно к полковнику Велятицкому Эдуарду Ефимовичу, чей организм (в числе многих других) и был избран в качестве объекта испытаний. И если газета считает, что «привлечение добровольцев преследовало только цели защитного характера», то она могла бы защитить непосредственно полковника в отставке. Дело в том, что нынешнее МО РФ, в отличие от его газеты, не хочет признавать самого факта испытаний химического оружия на добровольце Велятицком Э.Е. и всех других добровольцах. А добавка к пенсии отставникам очень бы защитила их от невзгод рыночных реалий.

Газета напрасно вновь ставит под сомнение возможность ущерба для людей в результате применения химического оружия в Тбилиси в 1989 году. Этот вопрос давно решен историей. То, что химическое оружие тогда применялось, известно из официальных источников. То, что несмертельные ОВ в определенных условиях могут приводить к смертельному исходу, тоже документировано. В книге все это есть, есть даже ссылка на соответствующий военный приказ (стр.104), относящийся к рассмотрению смертельного случая в нашей армии от несмертельного ОВ. Газета не анализирует этот приказ, а ограничивается обвинением автора книги в том, что им «поддерживается лживая версия о смертельном химическом поражении участников митинга» (кстати, митинг тот был не в 1979 году, как пишет газета, а десятью годами позже). Зачем же так грубо?

ЭКОЛОГИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ХИМИЧЕСКОГО ВООРУЖЕНИЯ
Газета много строк посвятила затопленному химическому оружию и вновь сделала именно то, против чего выступал критикуемый: в газете вновь приведена стандартная баллада о том, как трофейное немецкое химическое оружия было затоплено в 1947 году в международных водах. Попутно автору книги была приписана постановка «вопроса о подъеме и уничтожении химического оружия, затопленного в Балтийском море». Ничего этого в книге нет. Автор книги ставил вопрос НЕ О НЕМЕЦКОМ, А О СОВЕТСКОМ ХИМИЧЕСКОМ ОРУЖИИ. И речь шла не о подъеме оружия с морского дна, а лишь о предоставлении обществу информации о районах масштабного затопления в 1950-1970-х годах нашего химического оружия в Белом, Баренцевом, Карском, Охотском, Японском, Черном морях в зоне наших же экономических интересов. Информация эта носит исключительно экологический характер и она важна для жителей тех регионов, которых затронула акция затопления советского оружия.

Газета не гнушается явных подтасовок. Автор книги приводит факты влияния выбросов производств ОВ на здоровье людей и состоянии природы в конкретных точках нашей страны. Ему же в ответ противопоставляется не опровержение фактов, а общее рассуждение: «Известно, что загрязнение воздуха производствами ОВ ничтожно мало по сравнению с „вкладом“ многих предприятий химической, нефтехимической и других отраслей промышленности».

Зачем же газете обременять себя подменой тезиса?

ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ ИНФОРМАЦИЯ О ХИМИЧЕСКОМ ОРУЖИИ
Газете не ясна полезность подобной информации, и это ее личное дело. Однако плохо, когда официальное издание опускается до приписания автору книги «требования неограниченного рассекречивания информации». Это откровенная неправда — ничего подобного в книге не написано. Дело в другом. Когда газета пытается говорить о юридических основах использования экологической и медицинской информации, она узурпирует права, принадлежащие не ей, а всему обществу. Хотелось бы подчеркнуть, что вся эта информация не может быть секретной по закону, ныне действующему в РФ, вне зависимости от мнений целых ведомств или же их газет. И никто не имеет права выступать селекционером: экологическая и медицинская информация принадлежит обществу целиком, без каких-либо изъятий. Так что не может быть в принципе «излишней информации», о которой пишет газета. Что касается какого-то постановления правительства от 30 марта 1993 г., упомянутого газетой, то оно нигде не опубликовано официально и, в соответствии с действующей в РФ Конституцией, НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПРИНЯТО ГРАЖДАНАМИ РФ К ИСПОЛНЕНИЮ. Если же это постановление будет опубликовано, то исполнять его граждане правового государства смогут лишь при условии, что Генеральный Прокурор РФ не усмотрит в нем нарушения действующих законов. А это сомнительно — нарушение уже есть.

ИСТОРИЯ
Газета приписывает автору книги будто бы осуждение создателей химического оружия, хотя, по ее мнению, нужно бы было их благодарить за труд. Это сознательная подтасовка. Напротив, именно защите прав создателей советского химического оружия, забытых государством и выступающими от его имени руководителями, посвящено очень много страниц книги. Особенно нетерпимо положение тех примерно 200 человек, кто участвовал в производстве ОВ в годы Великой Отечественной войны и чьи права не признаны до наших дней. В защиту этих забытых людей имеется даже Решение МВК по экологической безопасности СБ РФ от 24 января 1995 года N 14. И именно АРМИЯ, не имеющая к судьбе создателей ОВ прямого отношения, ВМЕШАЛАСЬ И СОРВАЛА ВЫПОЛНЕНИЕ РЕШЕНИЯ МВК.

Газета направляет в автора книги стрелы за то, что он будто бы способствует сомнениям в искренности поведения нашей страны, в правдивости наших сведений. И тут же сама газета сообщает о наличии на вооружении нашей армии самого крупного в мире химического боеприпаса емкостью около 2 тонн. Но ведь осенью 1987 года на военно-химическом полигоне в Шиханах такой боеприпас не показывался военным и дипломатам и в официальном уведомлении конференции по разоружению он не значится (речь идет о Conference on Disarmament document CD/789, 16 December 1987. «Information on the presentation at the Shikhany military facility of standard chemical munitions and of technology for the destruction of chemical weapons at a mobile unit». 54 p.p.). Более того, именно генералы Пикалов И. и Кунцевич А. объявили на весь мир об отсутствии на вооружении СССР иных химических боеприпасов, кроме показанных в Шиханах. Это расхождение заметил не один лишь автор книги, оно обсуждалось и осуждалось многими. Так кто же способствует сомнениям в искренности наших действий?

Из контекста книги вовсе не следует, что ее автор относится враждебно к советскому периоду истории нашего государства, как это ему приписано газетой. Автор лишь обращает внимание на то, что если руководители страны и отдельных ведомств совершали ошибочные действия, чем наносили ущерб людям и природе, то: 1) эти действия должны быть названы, 2) люди должны получить компенсацию за причиненный ущерб. Мы живем в правовом государстве. Если же власти правового государства этого не делают, то как же квалифицировать их действия, если не преступной деятельностью против своего народа? Что касается истории, то она у нас может быть только та, что была. Она не нуждается в приукрашивании.

Газета в обоснование своих ошибочных исторических построений зачем-то привела текст из документа Международного института исследования проблем мира в Стокгольме (СИПРИ), относящемуся к 1971 году («Русские никогда не были инициаторами создания химического оружия или сторонниками гонки химического вооружения… Превосходство Запада в области химической индустрии привело к тому, что советские интересы сосредоточивались главным образом на мерах по обеспечению обороны»). И дело даже не в том, что в условиях тотальной секретности, которая существовала в СССР в 1920-1990 гг. в отношении химического оружия, исследователи, работавшие в Швеции, в принципе не могли иметь корректных данных о подготовке СССР к наступательной химической войне. Дело в другом: СССР добился превосходства над США в области средств химического нападения не до, а после 1971 г. Мощный завод химического оружия в Новочебоксарске заработал в 1972 г. и выпустил до 1987 г. 15 тысяч тонн советского V-газа. Если же учесть деятельность завода в Волгограде, очевидно, что основная часть запасов советского химического оружия была создана после 1971 г. Что касается США, то после известного скандала с отравлением овец газом VX (1968 г.) производство ОВ там было прекращено. Другими словами, ПОКА СОВЕТСКИЕ ЗАВОДЫ В НОВОЧЕБОКСАРСКЕ И ВОЛГОГРАДЕ РАБОТАЛИ НА ПОЛНУЮ МОЩНОСТЬ, АМЕРИКАНСКИЕ ЗАВОДЫ В ШТАТАХ ИНДИАНА И КОЛОРАДО СТОЯЛИ БЕЗ движения. В шведском институте СИПРИ это уже знают. Придет время, и этот факт найдет отражение в его трудах.

ПОЛИТИКА
Газета пишет, что «рассекречивание данных о возможных новых типах токсичных химикатов, которые могут быть получены в ходе научных исследований, будет способствовать их распространению в мире и создаст угрозу химической безопасности». В этом построении все перепутано или подтасовано. В Указе Президента России от 7 декабря 1994 года, определяющем запрет на экспорт из нашей страны токсичных химикатов, оборудования и технологий, которые могут быть использованы при создании химического оружия, кем-то сознательно не были внесены те токсичные вещества, которые не будут, а уже созданы в России. Их существование давно уже не отрицается. И именно это умолчание — есть фактическое разрешение на экспорт этих опасных химикатов, то есть способствование их распространению в мире и угроза химической безопасности всего мира.

Газета без обсуждения, как очевидность привела в критическом подаче следующее суждение автора книги: «Гарантии необратимости отказа государства от подготовки к химической войне отсутствуют». Если это суждение неверно, то зачем газета сама пишет «о возможных новых типах токсичных химикатов, которые могут быть получены»? По какому праву кто-то у нас в стране будет такие ОВ получать? Впрочем, чтобы не углубляться в этот юридически очевидный предмет (пока Россия не ратифицировала Конвенцию о химическом оружии, она формально не брала на себя отказ от подготовки к химической войне в любой форме, в том числе путем разработки новых ОВ), сошлемся на мнение еще большего авторитета, чем газета. О том же самом, что и автор книги, написал недавно, например, генерал Кунцевич А. (The Wall Street Journal, 30 апреля 1996 года). Не собирается же критик обвинять генерала Кунцевича А. в инспирировании в зарубежной прессе тенденциозных статей «для колорита»!

* * *

Книга была написана с целью дать не исторический, а экологический взгляд на проблему подготовки нашей страны к химической войне. Необходимо было выявить последствия для людей и природы, к которым привела бездумность многих действий, совершенных при этом. И эта цель достигнута: все положения автор подтвердил фактами. Можно только сожалеть, что газета, не найдя ни одного свидетельства против выдвинутых автором книги положений, заняла позицию голого отрицания. Поэтому многочисленные заявления об авторской необъективности, тенденциозности, критиканстве, фальсификации и т.д. — все это неправда, это — от слабости.

Подобная критика хорошо памятна нам по прошлым временам, она не достойна человека, называющего себя доктором наук (под статьей в газете была обнаружена подпись Алексей Калитаев, заслуженный деятель науки и техники РФ, доктор технических наук. К сожалению, ни в ВАК России, ни в Ленинской библиотеке не удалось найти следов докторской диссертации у человека с такой фамилией. Зато нашлись свидетели, которые лично видели Калитаева Алексея Николаевича в форме генерал-майора армии России и лично помнят, что до ухода в отставку он занимался планированием химического нападения на территорию «вероятного противника»).

В свободной стране газеты могут и должны быть идеологически разными. Однако же не желтыми.

« Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск »

***********************************************************************************
ПРОБЛЕМЫ ХИМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ — ХИМИЯ И ЖИЗНЬ
***********************************************************************************
Сообщение UCS-INFO.78,  20 августа 1996 г.
***********************************************************************************

ВСЕМИРНЫЙ ДИОКСИНОВЫЙ КОНГРЕСС В НИДЕРЛАНДАХ:
РУССКИЕ СЕЗОНЫ

В Амстердаме 12-16 августа 1996 г. состоялся очередной, 16-й по счету, всемирный научный экологический конгресс «Диоксин-96». Коротко эти ежегодные конгрессы (первый состоялся в 1980 г. в Италии — месте всемирно известных диоксиновых событий, случившихся 20 лет назад в июле 1976 года в Севезо) называют по наименованию самого токсичного вещества. На самом деле на них рассматривается весь круг экологически важных проблем, связанных с токсичными хлорорганическими и вообще полигалогенированными веществами — полигалогенированными дибензо-п-диоксинами и -фуранами, полигалогенированными бифенилы, полихлорнафталинами, ДДТ, гексахлоран, токсафенами и другие хлорированными пестицидами и т.д.

Тематика конгресса включала весь круг экологически важных проблем: химия образования диоксинов и диоксиноподобных веществ, источники их образования, аналитический контроль в окружающей среде и биосредах, преобразования и перемещения диоксиноподобных веществ в природе, уровни загрязненности окружающей среды, токсикология (включая экотоксикологию), метаболизм, воздействие на человека.

Основную долю участников диоксиновых конгрессов всегда составляли и составляют в наши дни представители научного Запада, где была сформулирована «диоксиновая проблема» (в том числе на примере серии «диоксиновых инцидентов») — США и Германии, Англии и Нидерландов, Швеции и Канады, Швейцарии и Дании, Финляндии и Франции, а также Италии, Бельгии и Австрии. Непременными участниками встреч всегда были также представители Японии и Тайваня, известные собственными диоксиновыми инцидентами. Несколько лет назад в дело начали включаться представители Испании и Португалии.

До начала 1990-х годов нашу страну представляли на этих конгрессах «делегаты» спецветвей химической и агрохимической промышленности, а также медицины. Доклады этих представителей не известны, равно как и следы той информации, которую они собирали будто бы в интересах своей страны.

Начиная с 1992 года (Финляндия), на конгрессах начали появляться представители науки, а также территорий России, загрязненных диоксинами. В нынешнем году произошла, наконец, полная смена состава — Россию представляли только представители науки и территорий. Помимо докладов от России, было представлено также несколько сообщений из ныне самостоятельных государств — Казахстана (тема — диоксины в материнском молоке, доклады представляли соавторы-американцы), Украины (тема — та же, представляли самостоятельно), Узбекистана (тема — ДДТ и полихлорбифенилы, соавторы — почвоведы из России, Пущино).

Начиная с 1980 года, все диоксиновые конгрессы заканчивались изданием трудов (к сожалению, через несколько лет после самих заседаний). Сейчас практика иная. Уже несколько лет краткие четырехстраничные сообщения участников (в том числе не прибывших на заседание) публикуются до начала конгрессов и вручаются участникам. В этом году доклады составили хорошо оформленный четырехтомник.

В нынешнем году, как и в предыдущие, доклады, касающиеся химии ряда диоксиноподобных веществ, представляли исследователи из Санкт-Петербурга.

Сообщения о спектроскопии ЯМР диоксинов и диоксиноподобных веществ традиционно представили представители Москвы Л.А.Федоров и В.И.Достовалова.

Доклады о способах обезвреживания диоксинсодержащих отходов ряд лет представляли М.Н.Бернадинер и его единомышленники (Москва; измерения выполнены в НПО «Тайфун», Обнинск). В нынешнем сезоне это относилось к отходам из шламонакопителя, созданного за многие годы на ПО «Капролактам» (Дзержинск, Нижегородская область). После переработки шлама в образовавшемся цементе диоксины не обнаружены, о содержании диоксинов в самом шламонакопителе тактичные авторы не сообщили.

Еще один доклад об обезвреживании от диоксинов питьевой воды представлен другой группой московских авторов на материале Башкирии. Автор измерений — С.Ю.Семенов.

Сообщения об уровнях содержания диоксинов в окружающей среде в отдельных местах обычно представляли авторы из Росгидромета, в основном из НПО «Тайфун». В этом году их не было, а их доклад с данными о диоксинах в Чапаевске и их влиянии на здоровье населения города не был произнесен, однако вошел в труды конгресса (автор измерений — Р.И.Первунина, источник диоксинов известен — это бывший Чапаевский завод химудобрений, а ныне Средневолжский завод химикатов).

Больше всего докладов (9) от России представила Башкирия. По прошествии 6 лет после известных «фенольных событий», у которых за кадром фактически маячили диоксины, диоксиновая проблема была, наконец, в Башкирии осознана. Более того, она стала активно исследоваться. Редкие сообщения прошлых лет из Башкирии представлялись американскими и немецкими соавторами. В нынешнем году доклады из Башкирии имеют две особенности. Одна из них — отсутствие иноземных соавторов. Вторая — конкурентность (диоксиновые данные из Башкирии и на аналитическую, и на медицинскую темы представляли несколько различных команд). Будем надеяться, что уровень своих сообщений по сравнению с мировым оценят сами авторы.

Таким образом, хотя один из регионов России начал, наконец, проводить диоксиновые исследования на более широком фронте, было бы несправедливо говорить о том, что в информационном плане в Башкирии настал «диоксиновый рай». Во всяком случае представители знаменитых своими диоксиновыми выбросами химических заводов Башкирии — ПО «Химпром» (Уфа) и ПО «Каустик» (Стерлитамак) — все еще стараются сделать вид, что не эти звероящеры являются основным источником диоксинов в Башкирии.

Впрочем, остальные предприятия России — источники особенно мощных диоксиновых выбросов — пока поступают аналогично. О ПО «Капролактам» (Дзержинск) уже упоминалось, можно добавить ПО «Оргстекло» оттуда же. На карте России и тем более мира пока отсутствуют диоксины из Чувашии (АО «Химпром») и Волгограда (АО «Химпром» и «Каустик»), Иркутской (химзаводы из Усолья-Сибирского, Зимы и Ангарска) и Кировской (химзавод в Кирово-Чепецке) областей, а также из Перми и области, Кемерова, Славгорода (Алтайский край), Ярославля, Тамбова («Пигмент») и многих других мест. Даже если не выходить за границы перечня химических заводов, список этот будем достаточно длинным. А масштабы будущих (вновь обнаруженных), а пока еще не известных загрязнений — мягко говоря, очень большими. А еще существуют нефтехимические, целлюлозно-бумажные, металлургические и т.д.

Не исключено, что очередные международные конгрессы (1997 — США, 1998 — Швеция, 1999 — Италия) откроют, наконец, для себя «диоксиновую Россию».

Не сами по себе, конечно. И скорее всего не с помощью наших ведомств — Минприроды РФ, Госкомсанэпиднадзора, Минздравмедпрома РФ и Росгидромета.

Будем надеяться, что участники экологических организаций и движений России проявят активный интерес к необходимости еще одной — диоксиновой — формы международной известности нашей страны.

Тем более, что сам В.С.Черномырдин утвердил российскую «диоксиновую программу». Правда, деньги (очень скромные) выделить запамятовал.

« Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск »

***********************************************************************************
ПРОБЛЕМЫ ХИМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ — ХИМИЯ И ЖИЗНЬ
***********************************************************************************
Сообщение UCS-INFO.77,  19 августа 1996 г.
***********************************************************************************

БРЯНСКАЯ ОБЛАСТЬ: ГЕНЕРАЛИТЕТ ПОЛУЧИЛ ОЧЕРЕДНОЙ ОТЛУП

В сообщении UCS-INFO.65 уже сообщалось о переписке, состоявшейся в начале этого года между начальником Генерального Штаба Вооруженных сил РФ генералом М.Колесниковым и областной Администрацией Курганской области. Генерал поторопил Администрацию с выдачей разрешения на выбор участков для размещения объекта по уничтожению химического оружия (мол, с остальным разберемся потом). Администрация выставила свои ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ условия:
а) Проведение в 1996 году комплексной оценки экологического, санитарно-гигиенического и медицинского состояния региона в составе Щучанского и прилегающих к нему районов с учетом возможного влияния объекта;
б) Представление прошедшей независимую международную экспертизу технологии в альтернативных вариантах.

Позиция Курганской области — не случайность. Она отражает нынешнее состояние дел в химическом разоружении России. Речь идет о сложившемся состоянии неустойчивого равновесия: химический генералитет все еще пытается что-то делать в обход населения, власти в регионах — пока ставят на первое место интересы своих территорий.

В связи с этим небезынтересна статья, недавно опубликованная в газете «Брянские известия» (30 июля 1966 г., N 148, приводится с небольшими сокращениями).

* * *

* * *

Как видим, с тем, как решаются вопросы готовности к химическому разоружению в некоторых регионах России, например Брянской и Курганской областях, немного проясняется.

Возможно, со временем и химический генералитет дойдет до идеи двух приоритетов в этой проблеме — экологической безопасности и информационной открытости. А там, глядишь, подоспеют со своими предложениями и господа из Green Cross Russia.

« Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск »

***********************************************************************************
ПРОБЛЕМЫ ХИМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ — ХИМИЯ И ЖИЗНЬ
***********************************************************************************
Сообщение UCS-INFO.76,  7 августа 1996 г.
***********************************************************************************

ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ — ХИМИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ

В сообщении UCS-INFO.74 уже упоминалось, что Иркутская область — самый «богатый» регион России по числу городов, загрязненные химическими выбросами. И это положение воспроизводится из года в год все последние годы.

В связи с этим полезно обратиться к данным, содержащимся в книге «Региональные и локальные проблемы химического загрязнения окружающей среды и здоровья населения» (Москва, 1995 г.). Хотя их нельзя признать полными, они дают определенное предварительное представление о проблеме, в том числе впервые позволяют видеть прямую связь между техногенными химическими загрязнениями и здоровьем людей.

Население области — 2,8 млн. человек, 81% проживает в городах, где сосредоточено более 14 крупных предприятий, в том числе 2 алюминиевых завода (Шелехов и Братск), 3 химических завода (Ангарске, Зима и Усолье-Сибирское), 3 завода по производству целлюлозы и бумаги (Байкальск, Усть-Илимск, Братск), 3 гидролизных завода и 1 завод по производству белково-витаминного концентрата.

В 1992 г. среди взрослого населения городов наиболее высокие показатели заболеваемости регистрировались в Саянске, Зиме, Киренске и Братске. Среди детского населения наиболее высокая заболеваемость выявлена в Шелехове, Ангарске, Братске. Практически во всех промышленных центрах области отмечен рост хронических заболеваний органов дыхания наряду со снижением числа острых заболеваний.

Высоки показатели патологии репродуктивной функции женщин в ряде промышленных городов области. Неблагоприятная ситуация наблюдается в Братске, где расположены алюминиевый завод и целлюлозно-бумажный комбинат. Наибольшая детская смертность, низкая рождаемость и невысокий прирост населения отмечены в 1989 г. на юге области (Зима, Черемхово, Ангарск).

БРАТСК
В Братске (261 тыс. жителей) находятся алюминиевый завод (10 тыс. работающих) и мощный лесопромышленный комплекс (20,5 тыс.). Город состоит из двух частей, находящихся друг от друга на расстоянии. В непосредственной близости к алюминиевому заводу и ЛПК находится Центральный район города (166 тыс.).

В выбросах предприятий Братска, по официальным данным, содержится более 2 тыс. т в год фтористых соединений, 800 т сероводорода, 186 т метилового спирта и много других специфических веществ. Источники: Братский алюминиевый завод, Братский ЛПК и т.д.

Климатические условия неблагоприятны для рассеивания выбросов.

Распространенность клинических признаков иммунологической недостаточности свидетельствует о разбалансированности иммунной системы у детей из обеих частей города (в загрязненной — десятикратное превышение нормальных показателей).

В результате осмотра большой когорты детей установлено, что 73% имеют те или иные отклонения в здоровье, а у 43% выявлены хронические заболевания органов дыхания, сердечно-сосудистой и других систем.

Высоки распространенность у детей ортопедической патологии и нарушения репродуктивной функции женщин. Фтористые соединения, поступающие с выбросами алюминиевого завода, особенно неблагоприятно влияют на опорно-двигательный аппарат. Частота и характер ортопедической патологии у детей зависят от удаленности жилых районов от алюминиевого завода. Более тяжелые формы патологии преобладают в районах, приближенных к предприятию. Выявлена зависимость между частотой ортопедической патологии и длительностью проживания в зонах загрязнения. Увеличение частоты ортопедических заболеваний у детей, длительно проживающих около алюминиевого завода, сопровождается увеличением числа переломов.

АНГАРСК
Возник в 1951 г. как центр угле- и нефтехимической промышленности и энергетики. Промкомплекс включает более 25 предприятий химической, нефтехимической, нефтеперерабатывающей, микробиологической, лесной и деревообрабатывающей и т.д. Большинство предприятий образуют практически единую промплощадку, вытянутую вдоль северовосточной и юго-восточной сторон города. От основной жилой застройки отдельные предприятия удалены на 1,8-7 км.

По официальным данным, в 1993 г. в атмосферный воздух города от стационарных источников поступило 288,9 тыс. т вредных веществ, в том числе 1025 т аммиака, 213 т серной кислоты, 235,6 т сероводорода, 494 т бензола, 52 т стирола, 10 кг белково-витаминного концентрата и т.д.

В составе промышленных выбросов преобладают вещества общетоксического характера действия. Их вклад в потенциал как кратковременного, так и хронического действия составляет 99%. Из-за отсутствия данных инвентаризации по ряду веществ вклад отдельных групп не может быть оценен.

Тем не менее уже ясно, что загрязнения атмосферного воздуха представляют собой сложную и многокомпонентную смесь, где проходят конденсационные, химические и фотохимические процессы. Для промышленного загрязнения и особенно смога характерно преобладание химических реакций по сравнению с фотохимическими.

Продукты взаимодействия: фотооксиданты, соли аминов и аммиака, нитрозамины, сульфаты, сульфиды и некоторые другие примеси.

Для Ангарска характерны метеорологические параметры, создающие условия застоя в атмосферном воздухе.

По официальным данным о динамике загрязнения воздуха санитарно-защитной и жилой зон г.Ангарска в 1960-1991 гг., наиболее высокие уровни наблюдались в 1960-1970 гг. Воздух был систематически загрязнен такими веществами, как нитрозодиметиламин (источник не указан, но это очевидный продукт окисления жидкого ракетного топлива — гептила), амины, фенол, сероводород, окислы азота, серы и углерода, аммиак, углеводороды. Средегодовые концентрации всех наблюдаемых веществ всегда превышали нормативы, максимальные достигали 10- 500 ПДК.

Официально считается, что в дальнейшем загрязнение атмосферного воздуха уменьшилось. Однако и в последние годы в дни с метеорологическими условиями, неблагоприятными для рассеивания примесей, максимальные концентрации для отдельных (измерявшихся) веществ достигали 3-5 ПДК, а максимальные среднесуточные — 5-13 ПДК. Дни с наибольшим загрязнением воздуха наблюдаются в осенне-зимний период.

Общая химическая нагрузка на человека формируется преимущественно за счет примесей общетоксического действия. Вклад канцерогенных факторов составляет 50% суммарной нагрузки.

В результате многолетних выбросов промышленных предприятий загрязнены металлами почвы, промплощадки, санитарно-защитные зоны, поселки, расположенные в непосредственной близости к площадке (0,5-3 км), а также пригородные территории, на которых расположены садовые участки и сельхозугодья. Формируются локальные зоны с различной интенсивностью загрязнения, для которых могут быть определены конкретные источники.

Качество воды водоисточника (р.Ангара) централизованного хозяйственно-питьевого водоснабжения не отвечает нормам по показателям содержания нефтепродуктов, бенз(а)пирена и колииндексу.

Среди детей, проживающих в наиболее загрязненном районе, чаще отмечаются дефицит или избыток массы тела, низкий рост, изменения нервно-психического статуса и т.д. Для детей до 3-х лет более характерно наличие всех нарушений физического развития, у детей в возрасте 4-7 лет регистрируется в основном дефицит массы тела.

В Ангарске значительно выше, чем в среднем по области, частота нарушения репродуктивной функции. За 1972-1990 гг. средний уровень самопроизвольных абортов в Ангарске в 1,4 раза выше, чем в среднем по области. Средняя частота всех форм врожденных пороков развития в 1,8 раза выше, чем среди городского населения области.

В октябре 1988 г. в городе произошло резкое увеличение числа случаев бронхоспазма из-за загрязнения воздуха выбросами производств белково-витаминного концентрата, состоящими из комплекса химических и белковых примесей, на фоне выбросов нефтеперерабатываюших предприятий. У большинства больных были приступы удушья. В течение трех дней шло нарастание обращаемости населения за экстренной медицинской помощью по поводу заболеваний с бронхоспастическим синдромом с последующим на протяжении примерно недели «восстановлением» ее до обычного уровня. Всего зарегистрировано 860 пострадавших, включая 95 госпитализированных. Среди обратившихся на станцию скорой медицинской помощи наиболее чувствительными к воздействию загрязнения оказались пожилые люди (55 лет и старше), затем взрослые (35-54 года) и дети (до 3-х лет). В период вспышки наибольшее число заболевших (58,7%) и госпитализированных лиц (около 60%) проживало в зоне города, наиболее часто загрязняемой выбросами производства белков.

В 1989-1990 гг. после снижения белоксодержащего выброса быстро (в 1,6 раза) уменьшилась обращаемость населения за медицинской помощью по поводу заболеваний с бронхоспазмом.

Вывод официальных инстанций после обобщение материалов 30-летнего наблюдения положения в городе: многокомпонентное загрязнение воздуха оказывает неблагоприятное влияние на здоровье населения вследствие канцерогенного, аллергенного и неспецифического воздействия.

УСОЛЬЕ-СИБИРСКОЕ
В городе Усолье-Сибирское (численность населения 107 тыс.) расположено более 20 промышленных предприятий, в том числе крупнейшее в России хлорное производство, на котором работают около 10 тыс. человек. Химические заводы производят этиловую жидкость (в ее основе тетраэтилсвинец), карбид кальция, поливинилхлоридные смолы и т.д.

Питьевое водоснабжение осуществляется из р.Белая. Поверхностные воды загрязнены соединениями меди, нефтепродуктами, фенолами.

В отдельные годы регистрируются повышенные концентрации пестицидов.

Климат способствует накоплению вредных примесей в атмосфере.

В составе выбросов в воздушный бассейн сообщается о значительных количествах ртути, никеля, аммиака, серной кислоты, ксилола, толуола, дихлорэтана, четыреххлористого углерода и других веществ. Однако в соответствии с экологогигиеническим паспортом города состав выбросов более разнообразен.

Характерная особенность — выброс таких специфических химических веществ, как тетраэтилсвинец и винилхлорид. Их источник — ПО «Химпром». При неблагоприятных метеоусловиях создаются локальные очаги. Особенно велики концентрации тетраэтилсвинца — до 900 ПДК.

Мониторинг атмосферного воздуха не охватывает специфических веществ, выбрасываемых химическими предприятиями. Не проводится и регулярное определение в атмосферном воздухе винилхлорида, тетраэтилсвинца, свинца. В малом объеме осуществляется определение сероводорода, хлора, ртути. Данные о выбросах диоксинов, образование которых с высокой вероятностью возможно при применяемых процессах, отсутствуют.

На расстоянии 2-5 км от химзавода средние концентрации составили: тетраэтилсвинца — 60 ПДК, ртути — 1,7 ПДК, свинца — 3,3 ПДК, сероводорода — 11 ПДК.

У детей в возрасте 1-3 года выше, чем у детей контрольного района в Иркутске, общая заболеваемость. Число детей с функциональными отклонениями в Усолье-Сибирском было почти в 1,5 раза больше соответствующего числа детей в контрольной группе.

Наиболее тесные связи выявлены между уровнем заболеваемости детей и концентрациями в атмосферном воздухе тетраэтилсвинца и диоксида серы. Помимо повышенной заболеваемости детей, наблюдается отставание детей по основным показателям физического развития. Загрязнение атмосферного воздуха в Усолье-Сибирском, вызывающее нарушение иммунной системы детей, усугубляет риск возникновения инфекционных заболеваний. В наиболее загрязненном районе Усолья-Сибирского по сравнению с более «чистым» районом (при одинаковых показателях по коммунальному благоустройству, качеству питьевой воды, медицинскому обслуживанию) выше заболеваемость детей гастроэнтеритами неустановленной этиологии, коклюшем, вирусным гепатитом А, корью.

Наблюдается многолетний однонаправленный рост инфекционной заболеваемости в наиболее загрязненном районе города.

По сравнению со средними показателями по России в г. Усолье-Сибирское стандартизованный показатель онкологической смертности выше на 10-12%. Стандартизованные показатели смертности мужчин от злокачественных новообразований трахеи, бронхов и легкого в г. Усолье-Сибирское превышают в среднем на 23% аналогичные показатели у мужчин Иркутской области. Уровни заболеваемости раком желудка как мужчин, так и женщин во все годы стабильно превышали средние показатели по стране (на 10- 20%) и Иркутской области (на 50%).

ШЕЛЕХОВ
В Шелехове (55,0 тыс. жителей) расположены алюминиевый завод (5,7 тыс. работающих), кабельный завод (1,8 тыс. работающих) и т.д. Выбросы фтористых соединений от алюминиевого завода составили в 1993 г. 867 т, в 1992 г. — 1003 т.

При ветре со стороны алюминиевого завода в южной части города регистрируются высокие концентрации загрязняющих веществ. В снежном покрове города по сравнению с фоновыми показателями содержание фтора выше в десятки раз.

Заболеваемость детей в зоне максимального загрязнения выше, чем в среднем по городу. Специфична структура детской заболеваемости: ведущие причины — болезни органов пищеварения, костно-мышечной системы и соединительной ткани, нервной системы и органов чувств.

ЗИМА
Численность населения 37,4 тыс. жителей. В 8 км в г. Зима-11 расположен крупнейший химический завод «Саянскхимпром» (около 7 тыс. человек). На заводе осуществляется выпуск хлорсодержащей продукции — поливинилхлорида, винилхлорида, четыреххлористого углерода, метилхлороформа, дихлорэтана. В ряде процессов на этом производстве возможно образование диоксинов.

По данным официальной отчетности, в выбросах от стационарных источников г. Зима содержатся фтористые соединения, метиловый спирт, ксилол.

Выбросы химического завода распространяются за пределы промплощадки, достигая близрасположенного г.Зима. В атмосферном воздухе г.Зима наблюдаются устойчивые превышения ПДК бенз(а)пирена. В 1992 г. среднегодовая концентрация бенз(а)пирена составила 21 ПДК. В наибольшей степени им загрязнен центральный район города: средняя за год концентрация бенз(а)пирена в 31 раз превысила ПДК, максимальная за месяц — в 87 раз. Это один из наиболее высоких уровней загрязнения атмосферного воздуха бенз(а)пиреном в России.

Данные о содержании хлорорганических соединений в выбросах химического завода и об их содержании в атмосферном воздухе, почвах и воде не сообщаются.

Имеются отрывочные данные эпидемиологического изучения состояния здоровья в городе.

В частности, при анализе репродуктивной функции женщин (контрольная группа — женщины близрасположенного Саянска, 47,0 тыс. жителей) оказалось, что в Зиме почти в 3 раза чаще регистрируется вегетососудистая дистония у беременных женщин, в 2 раза чаще регистрируется гипоксия у новорожденных.

* * *

Итак, по химическим загрязнениям окружающей среды Иркутской области, если их честно описать и изучить, можно составить учебник органической химии.

Трудно не видеть, что в этой области вовлеченность здоровья людей в процесс промышленного, в первую очередь химического, производства зашла слишком далеко.

Жизнь и здоровье людей превратились в прямой ресурс — как воздух, как вода, как промышленное сырье.

Осознает ли наше общество этот факт?

И пройдена ли точка возврата, после которой назад дороги уже нет?

« Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск »

***********************************************************************************
ПРОБЛЕМЫ ХИМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ — ХИМИЯ И ЖИЗНЬ
***********************************************************************************
Сообщение UCS-INFO.75,  29 июля 1996 г.
***********************************************************************************

ВЕСТИ С ПОЛЕЙ ХИМИЧЕСКОГО РАЗОРУЖЕНИЯ

ХИМИЧЕСКОЕ РАЗОРУЖЕНИЕ — НОВОСТИ ИЗ РОССИЙСКОГО ПАРЛАМЕНТА
В Совете Федерации 20 июня 1996 года состоялся «Круглый стол» по теме «Международные, экологические и правовые аспекты проблемы химического разоружения». Организовал встречу Совет по стратегическому анализу проблем внешней и внутренней политики Совета Федерации.

Рассмотрены вопросы: 1) состояние методологической и методической базы обеспечения безопасности химического разоружения (концепции, программы, проекты); 2) состояние российского и международного права в области химического разоружения; 3) состояние мониторинга воздействия химического оружияъ на окружающую среду и человека; 4) состояние технологической базы обеспечения безопасности химического разоружения и ее ресурсное обеспечение; 5) социальные и социально-психологические факторы проблемы химического разоружения; 6) международные аспекты проблемы химического разоружения.

Встреча прошла без приглашения представителей регионов, дискутировали москвичи — от министерств и менее официальных организаций. Тем не менее в целом на «столе» интегральная независимая точка зрения на обозначенные проблемы прозвучала (выступление представителя МГУ В.Петросяна — не в счет).

ТЕХНОЛОГИИ ХИМИЧЕСКОГО РАЗОРУЖЕНИЯ — ВЗГЛЯД ИЗ США
В середине июля в США состоялась конференция по проблемам уничтожения химического оружия.

Делегация США включала конгрессменов, ученых, военных, экологических активистов. Россию представляли Е.Коновалов из Минобороны РФ и В.Шелученко из Роскомхимнефтепрома (институт ГосНИИОХТ).

Представители США доложили конференции о том, что Конгресс США, наконец, одобрил законопроект о финансировании разработок альтернативных технологий уничтожения химического оружия. Так завершилось многолетнее противостояние Минобороны и экологических активистов США, высказывавших неудовлетворение качеством официально принятой технологии уничтожения химического оружия, в частности решением вопросов утилизации выбросов.
Армия была вынуждена отступить, а американская программа уничтожения этого вида оружия массового уничтожения стоимостью 10 миллиардов долларов получит новый импульс.

Представители РФ доложили, что в России получат развитие только те способы уничтожения химического оружия, которые были утверждены Министерством обороны РФ и лично генералом С.Петровым в 1994-1995 гг., то есть «двухстадийные химические». Оба способа (способ уничтожения люизита и способ уничтожения фосфорорганических ОВ) были разработаны в ГосНИИОХТе, который ранее был более знаменит созданием новых видов химического оружия. Места для обсуждения каких-либо альтернативных подходов в российских докладах не нашлось. Поскольку оба официальных химических метода, которые успешно «победили» на закрытых «конкурсах», не дают экологически оправданного решения проблемы утилизации отходов, можно ожидать, что и они лопнут. Впрочем, ответ на вопрос о пригодности «химической технологии» ГосНИИОХТ для уничтожения фосфорорганических ОВ дали жители г.Чапаевска в 1989 г. — они ее отвергли. В самом деле, разве можно назвать технологией способ уничтожения 50 г ОВ, проверенный на лабораторном столе.

Таким образом, единственное, что роднило две великие державы в области химического оружия на конференции в США — это цена программ.
В России она, бесспорно, будет столь же дорогой, что и в США, и потому не удивительно упорство, проявленное Минобороны РФ и Роскомнефтехимпромом в борьбе за жирный кусок.

Впрочем, время у экологических активистов есть. Пример положительного окончания борьбы — тоже.

ЧАПАЕВСК. ГОРОД «СПЕЦХИМИИ» ВОЗВРАШАЕТСЯ ЛЮДЯМ
Почти весь XX век Чапаевск был городом «спецхимии» (отравляющих и взрывчатых веществ). Не только природа, но и люди, их жизнь и здоровье рассматривались как обычный ресурс. И безжалостно проедались.

Состояние окружающей среды города характеризуется превышением уровней ПДК токсичных веществ в снежном покрове города: толуола — в 24 раза, фенолов, бензола, формальдегида — в 7 раз, диоксинов — в 460 раз, ртути — в 89 раз, кадмия — в 181 раз, селена — в 280 раз, мышьяка — в 12 раз.

Рождаемость в Чапаевске с 1989 по 1993 гг. снизилась с 11,9 до 7,8 на 1000 человек, смертность за это время повысилась с 14 до 17,7 на 1000 человек.

Похоже, настало иное время.

Правительство России выпустило постановление от 21 июня 1996 г. за N 720 «Об утверждении федеральной целевой программы «Социально-экологическая реабилитация территории и охрана здоровья населения г.Чапаевска Самарской области». Программа подписана В.С.Черномырдиным.

Заказчиком программы утверждено Министерство охраны окружающей среды и природных ресурсов РФ. Решено, что часть своих функций Минприроды передаст администрации г.Чапаевска.

Цели программы: 1) доведение социально-экологической ситуации в г.Чапаевске до нормативного уровня; 2) улучшение состояния и использования земель, водных ресурсов; 3) улучшение состояния атмосферного воздуха; 4) улучшение условий проживания и здоровья населения.

Ожидаемый результат — коренное улучшение экологической обстановки и уменьшение заболеваемости население, снижение годового ущерба от загрязнения окружающей среды на 562 млрд рублей ежегодно (вследствие уменьшения выбросов вредных веществ в атмосферу, сбросов в водную среду и снижения заболеваемости населения).

Сроки — 1997-2010 гг.

Цена на весь период — 3159,4 миллиарда (в ценах 1996 г.)

Предполагается, что программа будет высоко эффективной (нормативный срок окупаемости — 7,9 лет).

« Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск »

***********************************************************************************
ПРОБЛЕМЫ ХИМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ — ХИМИЯ И ЖИЗНЬ
***********************************************************************************
Сообщение UCS-INFO.74,  23 июля 1996 г.
***********************************************************************************

ХИМИЧЕСКОЕ ЗАГРЯЗНЕНИЕ РОССИИ (взгляд РОСГИДРОМЕТА)

Росгидромет выпустил в свет и разослал «заинтересованным» «Обзор загрязнения окружающей природной среды в Российской Федерации за 1995 г.» Это большой документ объемом 275 стр. Приятно лишний раз убедиться, что у нас в стране есть по крайней мере одно ведомство, которое не только измеряет химические загрязнения в опасных (по его мнению) местах, но и обобщает эти данные. Вдвойне приятно, что хотя бы часть этих экологических данных Росгидромет не засекречивает от того населения, на деньги которого живет.

Укажем некоторые важные для наших целей разделы Обзора:
* озон, УФ-радиация и озоноактивные вещества (с.29-33),
* состояние загрязнения атмосферы в городах на территории России (34-58),
* атмосферные выпадения серы и азота на территории России (59-67),
* кислотность атмосферных осадков (68-72),
* загрязнение почвенного покрова (73-84),
* влияние загрязнений атмосферы на растительность (85-94),
* качество поверхностных вод (95-140),
* морские воды (141-172),
* фоновое загрязнение окружающей природной среды (173-187),
* особые виды воздействия на окружающую природную среду (212-213).

Отметим ряд позиций, особо интересных с точки зрения химической безопасности населения.

ЗАГРЯЗНЕНИЯ АТМОСФЕРНОГО ВОЗДУХА
Приоритетный список городов и территорий с наибольшими уровнями загрязненяи атмосферы общеизвестен. В этом году он включает 45 городов, причем Братск, Волжский, Екатеринбург, Зима, Иркутск, Кемерово, Красноярск, Курган, Липецк, Магнитогорск, Нижний Тагил, Новокузнецк, Новосибирск, Омск, Ростов-на-Дону, Саратов, Селенгинск, Ставрополь, Тольятти, Улан-Удэ, Усолье-Сибирское, Хабаровск, Чита, Шелехов, Южно-Сахалинск состоят в списке более 5 лет.

Самый богатый регион на города, загрязненные химическими выбросами — Иркутская область (Ангарск, Братск, Зима, Иркутск, Усолье-Сибирское).

Важно иметь, однако, в виду, что при составлении списка городов было сделано некое облегчение. По городам, загрязненным бензолом, авторы Обзора использовали норму не России, где авторы Обзора находятся на службе и где соблюдение норм регулируется законом, а ВОЗ (стандарт ВОЗ в 4 раза мягче ПДК России).

Состав загрязнений традиционен: пишем то, что умеем измерять. Помимо сажи, пыли, аммиака и окислов азота, углерода и серы, это формальдегид, этилбензол, бензол, фенол, метилмеркаптан, сероуглерод, иногда фтористый водород, трикрезол, акролеин.

В отношении всей остальной «химии» авторы Обзора скромны: «Основной причиной высокого загрязнения воздуха являются промышленные выбросы многих специфических веществ. Выбросы этих веществ не всегда известны». Во всяком случае в тексте эти самые «специфические» вещества не помянуты, хотя они вряд ли являются тайной (если экологические паспорта наших предприятий — это не туфта). Плохо, если цифры по «специфическим веществам» приведены в секретном приложении к Обзору, и очень плохо, если такого приложения не существует вообще.

По-прежнему актуальна проблема случаев высокого и сверхвысокого загрязнения атмосферного воздуха. Общее число таких случаев по сравнению с 1994 г. возросло (было 303, стало 424). Персонально по таким загрязнениям отмечены: Барнаул, Липецк, Магнитогорск, Норильск, Санкт-Петербург, Томск.

ЗАГРЯЗНЕНИЕ ПОЧВ ПЕСТИЦИДАМИ
Изучены загрязнения почв пестицидами в 40 субъектах Федерации, опасные уровни найдены в 20 из них. Поиск ограничился 22 видами пестицидов (на самом деле число нормируемых у нас пестицидов из числа не запрещенных давно перевалило за сотню).

Наиболее загрязненными регионами из числа обследованных оказались: Омская, Ростовская, Тамбовская и Курская области, Краснодарский и Ставропольский края. В этих регионах по таким пестицидам, как трефлан, метафос, трифторацетат натрия, сумма ДДТ, триазиновые гербициды загрязнения почвы составили от 30 до 80% от обследованной. Уровни загрязнения достигали 10-48 ПДК или ОДК.

Регионы со средним загрязнением: Республики Мородовия, Татарстан, Чувашия, Приморский край, Ивановская, Волгоградская, Московская, Самарская, Саратовская области. Здесь по 1-3 пестицидам почвы загрязнены на площади 7-20% от обследованных, уровни загрязнения не превышали 9 ПДК (ОДК).

Отдельные факты.
1) Загрязнены ДДТ на уровне 15-27 ПДК зоны отдыха в Новосибирской и Курганской областях. Важно при этом помнить, что ДДТ был «запрещен» для применения в СССР в 1970 г.;
2) В Ростовской области 84% обследованной площади оказались загрязненными метафосом (2,5-3,6 ПДК). Важно, однако, иметь в виду, что этот пестицид относится к числу фосфорорганических и по сообщению пропагандиста пестицидного дела член-корреспондента РАН Мельникова Н.Н. должен в почве быстро разлагаться, а не загрязнять почвы Ростовской и Волгоградской областей, Краснодарского и Ставропольского краев. К сожалению, метафос грамоте не обучен и не мог прочесть это сообщение в журнале «Химия в сельском хозяйстве» (1974 г., N 4, с.49-75).

АВАРИИ
В Обзоре приведено перечисление аварий 1995 г., приведших к высоким уровням загрязнения атмосферного воздуха. Их четыре:
а) Течь цистерны с пироконденсатом на ст.Зуевка Горьковской ж/д, случившаяся в ночь с 4 на 5 марта Утекли бензол, толуол и ксилол. Все — выше ПДК, превышения наблюдались и в последующие дни.
б) Пожар на складах в г.Кургане (17 мая). Горели резиновые и пластмассовые изделия. Пролились 3 т соляной, 2 т серной и 0,2 т азотной кислот. На другой день концентрация хлористого водорода в жилых кварталах города составляла 13 ПДК. Даже 22 мая была найдена в одном месте города концентрация 2,5 ПДК.
в) Взрыв установки в корпусе синтеза анилина на ПО «Синтез» в г.Волжский Волгоградской области (25 июня). Выброс в атмосферу и разлив продуктов синтеза на территории цеха. Наименования утраченных продуктов не указаны, однако искали метилмеркаптан (нашли 23 ПДК) и формальдегид (нашли 1,1 ПДК).
г) Утечка фосгена на АО «Пигмент» в г.Тамбов (27 июня). Утекло 94 кг фосгена. Концентрации в тот же день: в санаторной зоне АО «Пигмент» (так в тексте Обзора — читал ли это место редактор Обзора академик РАН Израэль Ю.А.?; наверное речь идет о санитарной зоне) 0,007 мг/л и в жилой зоне 0,0048 (норма 0,003).

СПЕЦХИМИЯ
Информацию об «особых» видах воздействия на окружающую среду авторы Обзора свели к высокотоксичным диоксинам, укрыв от глаз нескромного читателя свое знание (если таковое существует) о всякой иной «спецхимии» — ракетном топливе, «спецвыбросах» химической и нефтехимической промышленности и армии, отравляющих и других высокотоксичных веществах любого происхождения. Однако даже одна страничка о диоксинах дает материал для выводов. Два примера:
— в Уфе (с 1990 г. традиционном полигоне для диоксиновых поисков) сверхнормативные диоксины были обнаружены в выбросах в атмосферу печей сжигания трех разнопрофильных заводов (действующая норма 0,5 пикограммов диоксинов в диоксиновом эквиваленте, ДЭ, на кубометр):
* нефтеперегонного (НПЗ — печь дожига) — 9-17,7;
* синтетического спирта (печь пиролиза) — 12,8;
* УПО «Химпром» (сжигание отходов химпроизводства) — 4,1.
— в Туле в почве вне (вблизи) свалки твердых бытовых отходов было найдена концентрация диоксинов от 800 до 2100 пикограммов диоксинов на кг почвы (действующая норма 133 пикограммов на кг).

Авторы по скромности не делают выводов, однако они очевидны:
1. В промышленности России в выбросах печей сжигания, дожигания, пиролиза и т.п. происходят сверхнормативные выбросы высокотоксичных диоксинов. ТАКИХ ПЕЧЕЙ в стране ДЕСЯТКИ ТЫСЯЧ.
2. В России все свалки бытовых и промышленных отходов являются источником диоксинов. ТАКИХ СВАЛОК тоже ДЕСЯТКИ ТЫСЯЧ.

* * *

Великое знание — многая печаль.

« Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск »

***********************************************************************************
ПРОБЛЕМЫ ХИМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ — ХИМИЯ И ЖИЗНЬ
***********************************************************************************
Сообщение UCS-INFO.73,  14 июля 1996 г.
***********************************************************************************

КАРАБАШ — ГОРОД СВИНЦА И МЫШЬЯКА

Газета «Известия» в номере за 12 июля 1996 г. сообщила новость:

В связи с этим запоздалым сообщением приведем скромный отрывок из недавно вышедшей в Москве книги «Региональные и локальные проблемы химического загрязнения окружающей среды и здоровья населения».

* * *

В г. Карабаш (16,8 тыс. жителей) основным источником загрязнения является медеплавильный комбинат, основанный в 1910 году и являющийся одним из старейших предприятий Урала. После восстановления и пуска завода в 1925 году основное оборудование НЕ подвергалось существенной модернизации и обновлению.

На заводе практически ОТСУТСТВУЮТ установки по очистке выбросов в атмосферный воздух. С 1988 года проводится постоянное сокращение производства, но и в 1990 году общие выбросы вредных веществ в атмосферный воздух составили 50,7 тыс. тонн, в т.ч. 46,8 тыс. тонн диоксида серы, 435 тонн соединений меди, 254 тонны соединений свинца, 75 тонн неорганических соединений мышьяка.

Карабаш является одним из городов России с наиболее высоким уровнем загрязнения окружающей среды тяжелыми металлами. В 1990 г., когда комбинат работал почти на полную мощность, концентрации в атмосферном ВОЗДУХЕ превышали ПДК:
по свинцу в 50-120 раз,
по мышьяку в 9-28 раз.

В 1992 г. в связи с приостановкой некоторых видов производств уровень загрязнения атмосферного воздуха резко снизился, но остается чрезвычайно высоким уровень загрязнения ПОЧВ города. Это понятно, учитывая, что за 80 лет работы завод выбросил огромные массы загрязняющих веществ (пример: в 1985 году выброс свинца составил в год 2,1 тыс. тонн, мышьяка 1,8 тыс. тонн, меди 1,4 тыс. тонн, оксида цинка 3,3 тыс. тонн). Содержание этих металлов в почве жилой территории города превышает ПДК в сотни раз. Так, содержание свинца в почве достигает 1500-2000 мг/кг, цинка 700-1000 мг/кг, мышьяка 150-300 мг/кг. (Использованы данные отчета Нестеренко В.С. и Левит А.И. «Эколого-геохимическая характеристика почв территории г.Карабаш по загрязнению тяжелыми металлами». 1991, Челябинский филиал Института ресурсосбережения, Миасс).

ОВОЩИ, выращиваемые жителями на этих загрязненных почвах, содержат в высоких концентрациях свинец (1,5-2,5 мг/кг при ПДК 0,5), мышьяк (1,1-2,3 мг/кг при ПДК 0,2), цинк (8,5-21,0 мг/кг при ПДК 10,0). Учитывая, что население города использует овощи со своих огородов, происходит постоянное избыточное поступление токсичных металлов в организм жителей.

Работы по оценке влияния загрязненной окружающей среды на здоровье жителей г.Карабаш на протяжении ряда лет выполняются сотрудниками Челябинского областного центра санэпиднадзора (Использованы данные отчета Уральшин А.Г. (рук.). «Изучение состояния здоровья населения и репродуктивной функции женщин в связи с влиянием факторов окружающей среды г.Карабаш». 1993, Челябинск).

Результаты исследования микроэлементного состава волос детей г.Карабаш показали чрезвычайно высокие накопления свинца, кадмия и мышьяка при резком снижении содержания цинка. Содержание свинца в волосах детей значительно выше рекомендуемых в США и других странах уровней (8-9 мг/г), что указывает на возможное изменение психомоторных показателей здоровья детей

Накопление в волосах мышьяка наиболее выражено у ДЕТЕЙ, проживающих на расстоянии 0,5-1 км от территории медеплавильного завода, где практически у всех детей оно превышает допустимый уровень (1 мкг/г). Резкое снижение содержания цинка в волосах детей свидетельствует о значительном изменении в иммунной системе этих детей.

Для жительниц г. Карабаш характерны значительные изменения репродуктивного здоровья. Сопоставление показателей репродуктивной функции женского населения в г. Карабаш за 7 лет с другими городами «черной металлургии» (Челябинск, Магнитогорск, Миасс, Златоуст), «никелевым» городом В.Уфалей и «контрольным» городом Чебаркуль показало, что в г.Карабаш распространенность осложнений беременности, родов, послеродового периода, частота преждевременных родов, ранняя неонатальная заболеваемость новорожденных, распространенность врожденных аномалий повышены в 1,2-2,9 раза.

Анализ онкологической смертности за 25 лет в сопоставлении с другим контрольным городом (Красноуфимск) показал, что стандартизованный показатель смертности от всех причин суммарно в г.Карабаш в 2,3 раза выше (данные Гигиенического отдела Центральной научно-исследовательской лаборатории Уральского медицинского института, зав., д.м.н. Г.Я.Липатов).

Конец цитаты.

* * *

Карабаш — не единственный город России из числа смертельно отравленных химией под солнцем Сталинской конституции (к нему, кстати, оставались безразличными ревнители всех последующих конституций: иначе уважаемая газета заметила бы свой цинизм и вместо пролития крокодиловых слез по безработице в Карабаше озаботилась бы программой социальной реабилитации города, так и не проведенной за занятостью возрождением ВПК самым ярким «цветным металлургом» нашей эпохи товарищем О.Сосковцом).

Таких хлорных и ртутных, медных и свинцовых, мышьяковых и алюминиевых, кадмиевых и фторных городов в России множество. Не говоря уж о «спецхимических», существование которых признают лишь сквозь зубы даже самые смелые экологи. Каждый из этих коллективных жилищ человека заслуживает отдельного разговора. И отдельной программы реабилитации.

Единственная особенность именно Карабаша — его географическое положение, размещение в Челябинской области, известной своими экологическими проблемами из другой сферы жизни.

Похоже, за ядерными проблемами мы иной раз не замечаем не менее страшной химической опасности.

« Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск »

***********************************************************************************
ПРОБЛЕМЫ ХИМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ — ХИМИЯ И ЖИЗНЬ
***********************************************************************************
Сообщение UCS-INFO.72,  11 июля 1996 г.
***********************************************************************************

Российская академия наук
Уральское отделение
Удмуртский научный центр
Научный совет по аналитической химии РАН
Институт прикладной механики УрО РАН
Российское химическое общество им.Д.И.Менделеева
Союз научных и инженерных организаций Удмуртской Республики

РЕШЕНИЕ
I  Всероссийской конференции с международным участием
«Химическое разоружение-96. Экология и технология, CHEMDET-96»
г.Ижевск 1996

С 18 по 20 июня в г.Ижевске проходила Всероссийская конференция с международным участием «Химическое разоружение — 96. Экология и технология, CHEMDET-96», организованная Удмуртским научным центром Уральского отделения РАН, Научным советом по аналитической химии РАН, Союзом научных и инженерных организаций Удмуртской Республики. В работе конференции приняли участие более 50 ученых и специалистов из гг. Москвы, Дюссельдорфа, Волгограда, Нижнего Новгорода, Новосибирска, Казани, Уфы, Перми, Ижевска, Кирово-Чепецка, Кизнера.

На конференции был дан научный анализ экологических и технологических проблем, связанных с процессом уничтожения химического оружия (УХО), рассмотрены вопросы экологического прогноза, мониторинга, охраны природной среды и анализа ее объектов при уничтожении боевых отравляющих веществ (БОВ), процессы детоксикации БОВ и современные технологические подходы к безопасному уничтожению БОВ, медико-биологические и социально-психологические аспекты проблемы уничтожения химического оружия. В материалах конференции опубликовано более 60 тезисов докладов.

КОНФЕРЕНЦИЯ ОТМЕЧАЕТ
— высокий уровень представленных работ;
— прогрессивную тенденцию дальнейшего объединения усилий ученых и специалистов с целью безопасного уничтожения химического оружия;
— растущую заинтересованность регионов хранения и предполагаемого уничтожения химического оружия в широком научном обсуждении экологических и технологических проблем УХО на их территориях.

Конференция отметила, что на современном этапе подготовки России к уничтожению химического оружия имеется ряд трудностей:
1. Отсутствует законодательная база в вопросах, связанных с уничтожением химического оружия. До сих пор не принят федеральный Закон об уничтожении химического оружия.
2. Отсутствует необходимое финансовое обеспечение Федеральной целевой программы «Уничтожение запасов химического оружия в Российской Федерации».
3. Отсутствует система подготовки научных и инженерно-технических кадров, необходимых в связи с предстоящими работами по уничтожению БОВ.
4. На региональном уровне не организована разработка целевых программ по обеспечению экологической безопасности при уничтожении химического оружия на соответствующих территориях.
5. Отсутствуют высокочувствительные методики определения содержания БОВ и продуктов их трансформации в объектах окружающей среды применительно к гражданским условиям.
6. Неоправдана тенденция передачи функций эко-аналитического и токсикологического контроля при отработке технологий УХО их разработчику — ВПК, что является нарушением требований Законодательства РФ о вневедомственной экспертизе.

КОНФЕРЕНЦИЯ ПОСТАНОВИЛА:
1. Обратиться в Совет безопасности Российской Федерации о необходимости срочного принятия федерального Закона об уничтожении химического оружия.
2. Обратить внимание Правительства Российской Федерации на необходимость незамедлительного выделения финансовых средств для реализации Федеральной целевой программы «Уничтожение запасов химического оружия в Российской Федерации» в части подготовки регионов к уничтожению на их территориях БОВ и ХО.
3. Рекомендовать Государственному комитету РФ по высшему образованию, Российской академии наук предпринять усилия, направленные на подготовку специалистов — инженерно-технических и научных кадров экологов, технологов, экоаналитиков, необходимых в связи с предстоящими работами по уничтожению БОВ.
4. Просить Правительство Удмуртской Республики организовать разработку республиканской целевой программы «Обеспечение экологической безопасности при уничтожении химического оружия на территории Удмуртской Республики».
5. Разработать высокочувствительные методики определения содержания БОВ и продуктов их трансформации в объектах окружающей среды применительно к гражданским условиям, привлекая к этому силы институтов Российской академии наук, других заинтересованных научно-исследовательских учреждений и организаций.
6. Считать целесообразным возложение функций эко-аналитического и токсикологического контроля за безопасным уничтожением химического оружия на вневедомственные организации.
7. Обратить внимание Министерства обороны РФ, Комитета по конвенциональным проблемам химического и биологического оружия при Президенте Российской Федерации на необходимость более широкого привлечения институтов, ученых и специалистов РАН к решению проблемы безопасного уничтожения химического оружия .
8. Считать целесообразным проведение всероссийских конференций по проблемам уничтожения химического оружия в регионах прошлого производства, хранения или предстоящего уничтожения ХО.
9. Рекомендовать провести II Всероссийскую конференцию по проблемам химического разоружения в г.Волгограде в 1997-1998 гг.
10. Просить редколлегию Журнала Всероссийского химического общества им. Д.И.Менделеева опубликовать доклады, представленные на конференции.

Участники отметили высокий уровень организации работы конференции и выразили благодарность рабочей группе Оргкомитета из Института прикладной механики Уральского отделения РАН и Союза научных и инженерных организаций Удмуртской Республики.

Сопредседатель Оргкомитета конференции
член-корреспондент РАН А.М. Липанов